— Мы с Вилеттой, — отец взял жену за руку и посмотрел на меня, — ждём ребёнка.

Зал взорвался аплодисментами. Я шумно выдохнула, будто до этого напряжение сжималось внутри меня. В принципе, это то, что мы с Лиреем предполагали. Они действительно любили друг друга и логично, что захотели создать чудо вместе.

— Поздравляю, у тебя будет братик или сестрёнка, — шепнула я Лирею.

— Тебя с тем же, — ухмыльнулся он. — Как хорошо, что я отсюда съеду.

Я хихикнула.

— Ты не любишь детей?

— Ну не чужих же, — фыркнул дракон и внимательно посмотрел на меня. — А вот своих… посмотрим.

Я вдруг отчётливо представила этих маленьких дракончиков, которые появятся у самого невыносимого из ледяных драконов, и… картинка мне понравилась. Почему-то у них были каштановые волосы, но я не стала развивать эту фантазию, тут же отогнала картинку, присоединившись к поздравлениям и аплодисментам.

— А теперь — первый танец, — улыбнулся отец и шагнул в мою сторону.

Но его опередил Лирей. Он взял меня за руку и прошёл в центр зала, перед расступившимися гостями. Герцога Бостона нужно было видеть: такое изумление не часто можно заметить на мужественном лице его светлости. Я же бросила взгляд на Хлою — не удержалась — и улыбнулась ей. Лирей перехватил этот взор и вопросительно приподнял брови.

Зазвучала музыка. Руки Льда легли мне на талию, и я застыла, почувствовав, как мгновенно начало ускоряться сердцебиение. Я хотела сравнить ощущения от объятий Эрмеса с прикосновениями Лирея… какая же глупость!

Это не подлежит сравнению. От прикосновений Лирея у меня бегут мурашки, учащается сердцебиение и появляются бабочки в животе. Мне хочется улыбаться, быть ближе, смотреть на моего невыносимого Льда, а на Эрмеса…

Мне даже не думается о нём.

Я сглотнула, чувствуя, как влечёт прижаться к Лирею. Он повёл в танце, держа расстояние между нами таким, как требовали фигуры танца. И как же я жалела, что это не танго, а столичный вальс, который когда-то считали верхом распущенности, а сейчас он был чуть ли не самым чопорным из нынешних модных веяний.

— Ты так смотришь на меня, что я сейчас растаю.

— Неужели мне удастся растопить Непрошибаемый Лёд? Я думала, это под силу сделать лишь огненной драконице.

Только бы он не понял, что я ревную! В последнем стоит признаться хотя бы себе. Привыкла, что Лирей уделяет внимание только мне. Порой это внимание обидное, но оно всегда было исключительно моё.

— Не только огонь может растопить лёд, однако, — Лирей бросил взгляд на Хлою, — иногда и лёд может подогреть в самый нужный момент. Не так ли?