Неожиданно. Всё-таки думаю, что здесь все существа находятся не по своей воле. А Мишка, похоже, справляется с влиянием вполне самостоятельно. Слишком большое количество ран и отсутствие сил заставляют его отступить и продираться сквозь заросли.

Нам тоже стоило бы остановиться и попробовать уйти, но постоянные атаки нам этого сделать просто не дают. До сих пор помню, как медленно мы продирались сюда сквозь колючий кустарник. Теперь же продираться обратно не получится. Тот, кто замкнет цепочку и встанет последним, будет слишком беззащитным. Не вариант.

Окидываю взглядом поле. Оно буквально усеяно трупами монстров и обычных животных. Куча мёртвых тварей прорыва, стаи изменённых монстров, и ещё больше обычных крупных хищников. Но они тоже сильно отличаются от привычной лесной живности. Похоже, жизнь в месте прорыва для них играет в плюс. Животные становятся больше и сильнее. Некоторые из них изменяются.

Отправляю очередной росчерк, потом ещё один. Формирую целую серию боевых глифов — и у нас наступает небольшой перерыв. Живность бьется на середине поля и не бежит в нашу сторону.

У волков и дракона битва тоже замедляется.

Выцеливаю изменённых — выстрел. На землю падает огромная туша бывшего травоядного. Глобально это проблему не решает.

И тут над всей огромной поляной остро ощущается изменение хмари.

— Ребята, срочно делаем шаг назад — в кусты, — говорю группе.

— Ларик, что случилось? — спрашивает Олеся, но тут же делает шаг назад.

— Вопросов не задаем! Так надо. Быстро-быстро-быстро, ребята, быстрее! — тороплю своих и запихиваю девчонок в кустарник. Над поляной закручиваются языки хмари. Сейчас точно что-то будет.

Волки тоже почуяли неладное. Сначала хищники прерывают битву и задирают головы вверх, принюхиваясь. После этого подрываются в сторону и пытаются сбежать с поляны. Дракона я тоже вижу — он вроде бы победил, но встать на лапы попросту не может. Только провожает взглядом бегущих волков и делает попытку взмахнуть разодранными крыльями.

Все животные, у которых остались силы бежать — бегут и ныряют в заросли. Вся поляна покрывается бесчисленными песчаными ямами. Туда затягивает тела всех, кто участвовал в этом бою. Кажется, будто на поле десятки муравьиных львов в огромных норах внезапно открывают свои ловушки. Земля осыпается в здоровенные воронки вместе с живыми и неживыми. Поглощается всё: трупы, кристаллы и те, кто не успел убежать.

— Что это? — взвизгивает Марина.

— А это, походу, самый главный бенефициар всего действа, — высказываю неутешительную догадку. — Небось еще и ментально активный.