Оба парня встают в гробовом молчании. Студенты вокруг только удивленно переглядываются и не могут поверить своим ушам и своей собственной недальновидности.

— Как видите — перед вами огненный и воздушный маг, — физрук показывает в сторону Кормака и второго студента, стоящего чуть поодаль. — Оба находятся в разных учебных группах. Но! Они просто смогли договориться. Им никто не помешал, так как до момента договора они не атаковали друг друга. Представляете, какая должна быть выдержка? За договор они, кстати, получили свои дополнительные баллы. Про группу Стрелка вообще молчу. Отличная работа, — препод смотрит на нас. — Если бы взяли еще ребят из других групп, получили бы бонусные очки. Но и так неплохо. Садитесь.

Все возвращаются на свои места. Замечаю, как Кормак и Милютин пожимают друг другу руки. Теперь понятно, кто нас атаковал сдвоенной техникой из тумана при взятии флага.

— А как именно распределялись баллы? — доносится вопрос из аудитории.

— За договор вы получили бы в три раза больше баллов, чем за атаку, — рассказывает физрук. — Причём это касается вообще всего курса — если бы вы собрались все вместе, чего не никогда не происходило за всю историю использования ритуала, вы все получили бы намного больше баллов, чем за войну. Это, конечно, из разряда невозможного… такое развитие событий мы уже давно не рассматриваем. Но группа Стрелка, признаться, порадовала. Редко, кто собирает всю свою команду.

Физрук проходит мимо кафедры, выдерживая недолгую паузу, и снова обращается к нам:

— Те баллы, которые вы видели на арене, не являются конечными — это только боевые баллы. Конечные начисляются самой ареной, когда вы её покидаете. Сейчас на доске мы увидим окончательный рейтинг вашего первого рубикона. И, кстати, группа Стрелка победила вполне себе честно.

— А можно узнать цель этого теста? — задаю вопрос.

— Нет, — спокойно качает головой физрук. — И свои догадки советую оставить при себе, господин Орлов.

Чуть ли не в первый раз препод называет меня по фамилии. В общем, я так и думал, что цель — вовсе не проверка выученного, а скорее — наших реакций и поступков в экстренной ситуации. Преподы оценивали нашу стрессоустойчивость, договороспособность и тому подобные вещи, которые проверяются только в критических условиях. В принципе, всё, что происходило внутри арены, больше напоминало тесты военных психологов, чем очередной экзамен.

В таком свете отсутствие Олесиного обидчика, который очевидно съехал с катушек, имеет свои объяснения. Довольно жёстко.

— Мы сможем хотя бы увидеться с теми, кто не прошёл? — спрашивает маркиз.