— Ну хорошо — вот ты сейчас узнал от меня, что за одну операцию батальон потерял шестую часть своего списочного состава или половину всего боевого выхода. И чего? — продолжает Пилюлькин. — Что от этого изменится? Ты сможешь снять полковника? Нет. Генерала заменить?

— Тоже нет, — признаёт имперский маг. — Он ничего не нарушал. Работал по уставу, страну не предал, ничего такого. А то, что погибли люди — никуда от этого не денешься, люди всегда погибают. Это — служба.

Мария Львовна прислушивается к бурному обсуждению и иногда бросает на меня взгляд. Видимо, она подозревала, что я уникальный товарищ, но не подозревала — насколько. На момент запечатывания группы в стазис ещё не существовало стопроцентного механизма излечения. Он стал известен только недавно — усилиями батальона.

— Вот, теперь ты узнал настоящие цифры, и всё равно не можешь ничего сделать, — продолжает Пилюлькин. — Представь, если бы тебе об этом рассказал не я? А, к примеру, тот же Цветков, тогда что? Пришлось пускать дело по всем инстанциям. Цветков бы за благое дело получил бы кучу проблем на ровном месте, причём даже не за свои действия. Вот, почему они старались не ставить тебя в известность. С неодарёнными, сам же видел, вообще беда — их практически невозможно вытащить. Они, считай, сразу идут на корм, и там почти без вариантов. Этим повезло — были в стазисе. Ну и как с такими вводными я мог отказаться от этой работы? Кто-то должен был это сделать.

— И заодно заработать на этом, — усмехается Юрий Олегович.

— Конечно, заработать, — соглашается целитель. — Не без этого. Студент тоже получит своё. Но не тебе, Юра, нас за это судить. Я, как ты мог заметить, работаю в своё личное время. Можно сказать, ночью. Со студентом тоже сам договариваюсь. Опасность контролируемая. По крайней мере, его заражения я бы не допустил в любом случае. Студенту, опять же, засчитаем практику по целительству без лишних хлопот и зачетов. Все в плюсе, все в выигрыше. И только ты один переживаешь, что нигде не стояло твоей резолюции.

— Я не переживаю, — довольно холодно отвечает имперский маг. — И мне не нравятся подобные совпадения. Я веду слишком важное для империи расследование, и ты об этом знаешь.

— Знаю, — подтверждает целитель.

— Юрий Олегович, а можно вопрос? — вклиниваюсь в разговор, пока повисает пауза.

— Спрашивай, — говорит имперский маг.

— Всё, что происходило внутри нашей Академии, и то, что произошло в городе, как вы думаете, это звенья одной цепи? — Не даю точных описаний, поскольку все мы давали подписку.

— Я в этом практически уверен, — кивает брат директора. — Слишком много похожего.