Параллельно выяснилось — мало нанять проводника. Нужны ездовые животные, еда и оружие. А это требовало еще золота. Все дело в том, что в пустыне орудовали отряды кочевников, которые просто обожали нападать на торговцев. Отсюда и повышенный спрос на услуги и безопасность. Обо всем этот рассказали местные, в паузах между выступлениями.
— И им нравится… м-да. Группа, блин. Бременские музыканты. Да что мне на ухо огр насрал, что тебе. И это творчество их заводит?
— Представь себе, ничего подобного здесь никто и никогда не делал!
— Да-а, за такое в Москве нас бы уже яйцами закидали… Но здесь это типа круто. О, кстати. Что у нас по деньгам?
— Сто восемьдесят семь монет собрали. Еще раз споем и наберем на проводника с транспортом. Сыты, алкоголь есть.
— Только времени мало! — проворчал я. — Со времени нашего убытия из долины прошло полтора дня, а Вестник приказал торопиться. Пес не приходил больше?
— Не-а. Так, что на этот раз будем исполнять? У меня уже варианты заканчиваются.
Вдруг, в хлипкую каморку, где «отдыхали» новоявленные артисты оркштайновцы, заглянул местный «продюсер». Заглянул не просто так, явно что-то хотел.
— Чего надо? — рыкнул я, смерив взглядом рылосвина, одновременно подтягивая к себе кувшин с вином.
— Есть выгодное дело, — тот поставил передо мной кувшин с вином. — В лагерь прибыли важные гости из Гридвина, хотят вас послушать в особой, закрытой обстановке. Платят много. Ну?
— Что ну? — я тут же подтащил кувшин к себе. Понюхал.
— Таких гостей нельзя игнорировать, — неуверенно развел руками продюсер. — Им нужно что-то особенное! Сделаем?
— Сделаем! — хитро усмехнулся Бензобах, жуя мясо. — Когда начинать?
— Через полчаса, — сразу же отозвался свинорыл. — Не больше.
— Договорились. Нам нужно сто монет!
— Но это грабеж! — возмутился рылосвин.
— Ай, не трынди! Сам-то себе сколько берешь? Триста? Триста пятьдесят?
Продюсер тут же потупил глаза, нашел на полу какой-то камешек и принялся его рассматривать.
— Короче, пятачок! Нам, нужно сто монет! — я грохнул кувшином по столу. — И мы исполним хит!
— А что такое хит? — переспросил свин.
— Это самая лучшая песня! Во!
— Ла-адно! — согласился тот, развернулся и вышел из каморки.
— Я смотрю, на тебя вино действует соответствующим образом? — усмехнулся Николай. — Уже требования появились. Ты только не забывай, местные бандерлоги на нас уже зуб точат.
— За то, что мы их славу себе переняли?
— Ага…
Вино я пить перестал, меня и так разнесло самым непредсказуемым образом. Настроение повысилось, появилось ощущение полета. Кажется, вино было непростым…