Пусть наблюдает. Я найду момент, чтоб его отловить.
— Скоро заберу. Заказала два пирога, Рэй, они та-а-а-ак вкусно пахнут! — почти взвизгнула от счастья Нэсса и водрузила на стол два высоких стакана с оранжевой жидкостью.
— Что это? — я оглядел стакан.
— Ну, не пиво, а то ещё обратно ехать, — хихикнула она. — Сказали, вкусный лимонад.
Она уселась не напротив, а поближе ко мне, чтобы было слышно друг друга через шум толпы вокруг и музыку.
— Слушай, — начала она. — С того момента, как мы познакомились… И когда я узнала, кто ты такой, я всё думала, а как ты будешь реагировать, если кто-то из нас умрёт, — она запнулась, видимо, ей было очень сложно сформулировать сейчас свою мысль и вопрос.
— Я видел слишком много подобного, чтобы зацикливаться на этом, — неопределённо ответил я. — Помню, в самом начале, у «Хеллер» не было подкожных блокираторов, были только нательные, уже после ошейников… Мы их часто срывали, через адскую боль, кто-то не выдерживал…
— Какой кошмар, — выдохнула Агнесс, — даже не верится, что это вот так происходило.
— Ерунда, — отмахнулся я. — Мы стали привыкать к боли, и они создали новую модель блокиратора, которая не только контролировала нашу силу, но и подавляла волю. И это было самым ужасным временем. Все дни тянулись один за одним. Справиться с действием блокировки было непросто, но в какой-то мере — можно. И однажды мне удалось.
— Что ты сделал? — в глазах Нэссы читались и интерес, и сочувствие.
— Я долго боролся с блокиратором. И хоть магию применить так и не смог, но снова почувствовал волю сопротивляться. Они усадили меня в кресло и снова начали свои манипуляции: вгоняли в вены препараты, от которых то ломило суставы, то всё тело покрывалось липким холодным потом.
Нэсса нахмурилась.
— Если бы это было быстро, можно было бы не заострять внимание. Но процедуры, измерения, новые инъекции продолжались часами. Иногда по пять, шесть, восемь часов. Я помню, что часто сосредотачивался на огромных часах не стене. Их цифры мигали, отсчитывая время, и я следил за ним, чтобы как-то отвлечься. В один из таких дней, после нескольких часов пыток я понял, что сорвусь.
Глава 23
Пытка длилась уже долго. Я начал терять счёт времени, потому что в ушах звенело, а перед глазами плавали чёрные точки. Стоило перевести взгляд в сторону, как на краю зрения яркими вспышками загорались искры.
В горле стояла тошнота, судорогами сводило всё тело каждые несколько минут. А они всё говорили, что прогресс есть, что скоро закончатся процедуры и начнутся тренировки. Я не чувствовал новой силы, она никак себя не проявляла, всё, что занимало мысли — боль. Бесконечная и нестерпимая.