— Понятия не имею! — раздраженно крикнул я ему, мрачно поглядывая на приближающихся тварей.
Две широко раскрытые, зубастые пасти с неумолимой скоростью приближались. И только сейчас я смог разглядеть на монстрах погонщиков… Это были Падшие! Мы угодили в самую настоящую засаду.
— Они что⁈ Королей оседлали⁈ — недоуменно спросил я у учителя…
— Ага… Мы попали, Глеб… Самое время тебе сотворить чудо! Иначе нам крышка! — с мрачным выражением лица сказал Марк и метнул очередную молнию в сторону безумных наездников. — Ведь местные Короли — это уровень полубога!!!
* * *
Голицын Даниил Сергеевич, патриарх самого влиятельного семейства в России после Годуновых, сидел на троне и с презрением разглядывал человека, что стоял перед ним на коленях. Фёдор Алексеевич Нарышкин сложил руки в молящем жесте и поник головой. Но Даниил не чувствовал в нем раскаяния:
— Ты совершил ряд очень серьезных ошибок, мой старый друг. — начал Великий князь. — Твои люди не смогли расправиться с Орловским, твой сынок втайне от тебя фактически объявил войну Тени Империи, и весь криминал в Москве обвел тебя вокруг пальца. Какое низкое падение!
— Даниил Семенович! Это все чистая случайность! — залепетал в оправданиях Нарышкин. — Везде, где оказывался этот проклятый мальчишка, всё рушилось…
— И неспроста… Теперь этот мальчишка — Тень самого Императора! — рявкнул Великий князь. — Ты своими глупыми действиями кратно усилил позиции Орловских! Ты не озаботился судьбой сына Всеволода. Его нужно было прикончить в первую очередь! А он теперь живее всех живых! Ты по дурости своей лишил меня Алтая и Леса Зверей! Еще бы чуть-чуть, и интрига, жившая годами, пришла бы к своему логическому концу! Но нет! Союзничек-идиот всё испортил!
— Я попрошу обойтись без оскорблений! — Федор Алексеевич резко поднял голову, а его взгляд сверкнул былой гордостью.
— И что же ты сделаешь? — грозно усмехнулся Голицын. — На дуэль меня вызовешь? Ты ведь прекрасно знаешь, чем она кончится…
— Нет. Не вызову. Но не забывай, что у меня на тебя немало компромата собрано, и мы с тобой в одной лодке. — перешел на «ты» Нарышкин, окончательно выпрямившись.
Голицын не любил, когда ему угрожали. Обычно, он таких людей стирал в порошок. На его руках было столько крови и пепла, что ими можно было покрыть всю Россию. И в этот раз он не собирался изменять своей природе… Природе истинного правителя Империи! Ведь когда-то именно его фамилия правила всеми русскими землями! Пока к власти в ходе переворота не пришли проклятые Годуновы!
Аура невиданной мощи пригвоздила великого князя Нарышкина к полу. Бедный старик даже вздохнуть не успел, как его грудь сдавила невиданная сила: