— Несмотря на то, что в неожиданном появлении неблагоприятных погодных условий нет вины авиакомпании, мы тем не менее ценим каждого нашего клиента и этим, более, чем щедрым, жестом стремимся компенсировать вынужденные неудобства. Напоминаю, для оформления бонусных миль просьба подойти к представителям авиакомпании!

— Ого! — сидящий рядом Крис заметил, что Ник проснулся. — Пять штук миль! Это ж бесплатный перелет обратно! Целая куча денег!

— Дешевле, чем судебные иски, — пожал плечами Ник, начиная разминать затекшее тело. — Ох, такое ощущение, будто меня палками били!

— Ты видел руки того парня? — хмыкнул белобрысый. — Не руки, кувалды!

— Мда, — поморщился Ник, осторожно сгибая-разгибая слегка распухший локоть. — Больше никаких неприятностей не было?

— Ну… — задумался Крис. — Один русский умудрился напоить своих бизнес-партнеров из Джерси. Но скандала не вышло. Наша стюардесса их быстренько успокоила.

— Электрошокером? — хмыкнул Ник.

— Не, — довольно покачал головой сосед. — Она продала им две бутылки дорогущего виски и заставляла их пить за здоровье капитана, пассажиров, механиков, диспетчеров и так далее, пока виски не закончился, а бизнесмены не отрубились.

— Все трое? — уточнил Ник, помня рассказы отца о биче многих русских мужчин — алкоголизме. В голове всплыли слова известного русского поэта Некрасова, которые отец частенько повторял перед тем, как опрокинуть в себя стопочку чего-нибудь крепкого:«Русский мужик до смерти работает, до полусмерти пьет!».

— Нет, — Крис расплылся в улыбке. — Русский оказался крепче, чем думала наша стюардесса. Он не только не уснул, но еще и достал из сумки маленькую треугольную гитару и начал петь похабные стишки.

— Балалайка и частушки, — усмехнулся Ник.

— Во, точно! — благодарно кивнул белобрысый. — Сначала на него шикали, а потом на бис просили.

— Странные люди, — покачал головой Ник, имея в виду как русских, так и просивших спеть на бис американцев, а сам подумал, — «Неужели это всё правда, про балалайку, водку и медведей? Или тот русский дурака валял?»

— Во-во, — подхватил Крис, — а мы с тобой, хоуми (прим. автора: homie — земляк, братишка ), скоро окажемся в их столице!

«Точно! — спохватился Ник, прильнув к окошку. — Москва с птичьего полета!»

Он с жадностью уставился на бесконечный белёсый океан, из-за которого не было видно города. Несколько минут снижения и его ожидание было вознаграждено: самолет вынырнул из облаков и взгляду Ника открылся великолепный вид на пригород.

Ник точно не знал с какой стороны самолет подлетал к Москве, но сразу же заметил схожесть с Большим Яблоком. Если хорошенько присмотреться, то можно было разглядеть стоявшие внизу маленькие, но аккуратненькие замки и дворцы.