— Конечно. — Тут же выпятил мужик начинающее отвисать пузо. Сто рублей выручки для такого магазина — очень хорошая сумма, а вот он сам точно не решится потратить такие деньги. Точно нужно уменьшить как минимум вдвое. — Выбирай, что тебе нужно. Могу даже дать тебе скидку.

Мужик улыбнулся и окинул взглядом её фигуру, задержавшись на груди, которая выглядывала из-за расстегнутой верхней пуговицы платья. Больше одной расстёгивать было нельзя, иначе никто не поверит в «случайность».

Вика честно сделала вид, что выбирает. Наклонилась, прогнувшись в спине, наугад тыкая в предметы на витринах. Отслеживая взгляд, поняла, что внимание к своему телу точно привлекла. Внимание ленивое, мужик явно смотрит на неё с пониманием, что такая ему никогда не достанется. Значит, время на соблазнение можно сократить, а вот предлагать нужно осторожно. Или не поверит.

— Вот это похоже на нужную штуку. И это тоже. — Время поджимало, десять минут скоро истекут, нужно форсировать.

— Итого… На сорок два рубля. — Посчитал продавец, уже перестав рассматривать Вику, и заинтересовавшись выручкой.

Так, похоже, хватит. Раз выгода начала пересиливать похоть, то она почти перестаралась. Пусть будет столько, иначе не клюнет.

— Сейчас. — Вика сделала вид, что ищет деньги. Денег, понятно, не было, и её движения становились все беспокойнее. Пока она не решила, что пора бы начать концерт.

— Кажется, я их потеряла. — Заявила она растерянно, а потом добавив плаксивости. — Как же так! Меня папа снова накажет. — И слезы обильно полились из её глаз.

Способность плакать в любое время Виктория обнаружила в себе лет в десять, и только таким образом несколько раз ускользала от маминых пьяных ухажеров. Да, среди этих уродов было достаточно таких, кто приставал к десятилетке, пытаясь сунуть свой грязный отросток ей в рот.

Но даже их зрелище воющей в голос девицы в слезах быстро отваживало от сладкого. Угрозы «откусить хозяйство» действовали гораздо хуже. За них ей обычно прилетало несколько оплеух, а намёки превращались в прямые указания, так что она быстро поменяла угрозы на плаксивость.

— Нет денег — нет товара. — Тут же стал серьёзным продавец.

Он убрал пакет с прилавка, теперь равнодушно посматривая на плачущую девушку. Такого не разжалобить, иначе она бы выбрала другую стратегию.

— Меня папа накажет. — Хныкала Вика негромко, чтобы не привлекать внимание посетителей из коридора. — Он снова меня побьёт ремнем. А потом… — И снова заплакала.

— Что потом? — Заметно оживился мужик.

Такие любят слушать, как другим плохо. Значит, прямое предложение точно пройдёт. Отлично, она прекрасно укладывается в десять минут.