Вдруг кольнуло чувство опасности. Я не успел сообразить, что это могло быть, как поскользнулся на ковре ринга — наступил в откуда–то появившуюся лужу. Моя опорная нога взмыла в воздух, и я грохнулся на спину. Орк тут же налетел и, не давая подняться, со всей широты своей орочей души пнул меня по ребрам. Меня откинуло в угол к столбу ринга. Что–то хрустнуло в боку, в глазах потемнело от боли, но боль была терпимая, будто застарелая. Ровар подскочил ко мне, пиная по туловищу и пытаясь попасть по голове. Я схватился за столб, подтянулся и вывалился за пределы ринга. Пошатываясь встал на колени, затем, зашипев от боли, встал на ноги и зажал левой рукой ноющий бок. Кто–то грубо схватил меня зеленой рукой за шею и потащил к рингу. — Эй, сайгак, ты куда это поскакал? Тебе сюда! — ухмыляясь, громко сказал Эрик и начал проталкивать меня на ринг через канаты.
Неожиданно на руке орка повисла Наташа, пытаясь освободить меня из захвата. — Ты, сволочь, отпусти его! Ты специально плеснул ему под ноги воду, чтобы он поскользнулся!
Эрик с усилием протолкнул меня на ринг и, освободившись, ударил Наташу в грудь, да так, что она упала навзничь. — Не лезь, женщина! Настоящему бойцу вода — не помеха! Бой должен быть закончен!
Видя происходящее, что–то во мне переключилось. Краски пропали, все окрасилось в черно–белые тона, кроме ярко–алого имени над головой орка, в голове у меня всплыла надпись: «Активировано умение: Ярость рыцаря. Вы видите несправедливость и хотите повлиять на ситуацию. Плюс пятьдесят процентов к силе и невосприимчивость к урону в течение одной минуты. Откат умения — одни сутки».
Сморгнув надпись, я шагнул к Ровару, спокойно ожидавшему меня на ринге. Дальше сознание начало фиксировать происходящее фрагментами. Кулак орка бьет меня в нос, сминая его. Черная кровь брызжет из разбитого носа, заливая мою грудь. Бью Ровара в ответ в челюсть. Снова мне летит удар прямо в лицо. Уворачиваюсь и, проскользнув под рукой орка, хватаю его за плечи и бью коленом по фаберже Ровара. От души. Раз, другой, третий. Орк издает какой–то всхлип и начинает скручиваться. Толкаю его в грудь, и он заваливается на спину. Передо мной выпученные глаза орка и открытый в немом крике клыкастый рот. Опираюсь коленом на грудь орка и двумя ударами правой выбиваю нижние торчащие клыки из его пасти. Глаза у Ровара закатываются, он теряет сознание, и его красный ник сереет. Разворачиваюсь, нахожу глазами Эрика с полыхающим красным ником над головой, который, ощерившись, лезет через канаты на ринг. Позади белая как снег Катя держит скрючившуюся Наташу. Миг, и я уже около Эрика. Бью кулаком с размаха в челюсть орка. Смотрю на распоротый клыками до кости кулак. Боли нет. Есть только ярость. Удары левой–правой, левой–правой. Я просто вбиваю в глотку клыки вместе со всей вылезшей из орков наглостью и гнилью. Шаг назад от мычащего и слабо копошащегося на канатах Эрика. Беру голову в захват и применяю удушающий прием. Сильнее, еще сильнее, чтобы враг перестал трепыхаться. Задавить эту зеленую тварь. Тело Эрика содрогается в конвульсиях, а дальше моя голова буквально взрывается от боли, и я проваливаюсь в спасительную темноту. Занавес.