Но самыми интересными оказались Панфиловы. Потому что основной деятельностью для них были… артефакты. На мелочь вроде лавок в столице Панфиловы не разменивались, выступая основными поставщиками императорского двора, полиции и армии. То есть, с одной стороны, мы были прямыми конкурентами, ведь я влез в их дела, начав предоставлять свои изделия правящему роду. А с другой стороны, с кем, как не со мной, им было необходимо налаживать связи?

Закончив с ужином, я раскрыл послания от каждого рода, но ничего отличного от стандартной переписки там не имелось. За сегодняшний день я достаточно устал, чтобы отложить собственные изыскания, спать пока не хотелось, а потому я приступил к написанию ответов.

Тоже ничего необычного — согласие посетить прием в назначенный день и час, дата и подпись. Завтра Демин отправит корреспонденцию курьерской службой, так что пока что этот вопрос будет закрыт.

А завтра меня ждал другой прием. Посмотрим, чем решит покормить меня ученица.

* * *

Квартиру Жданова так и не сменила. Так что прибыл я в то же самое место, в котором уже однажды побывал. Сразу же бросилось в глаза, как изменилась придомовая территория — все покрашено, пострижено, приведено в порядок. Не иначе как звание лейтенанта, проживающего в одной из квартир, сыграло свою роль.

Поднявшись на нужный этаж с букетом цветов в руках, я надавил на кнопку дверного звонка. Дверь открылась, и моему взору предстала прекрасная блондинка.

Естественно, никакой униформы на ней не было. Только легкий белый сарафан, выгодно подчеркивающий достоинства фигуры. Волосы Жданова убрала в высокий хвост.

— Заходите, Иван Владимирович, — с улыбкой произнесла она, отступая на шаг в квартиру.

— Благодарю, Антонина Владиславовна, это вам.

Приходить с пустыми руками было неправильно, дарить украшение я тоже счел излишним. А цветы — всего лишь знак внимания хозяйке, устроившей для меня ужин.

— Спасибо, — приняв букет, она на секунду опустила к оранжевым розам лицо и вдохнула их аромат. — Мне очень приятно.

Я кивнул, прикрывая за собой дверь.

— Проходите, Иван Владимирович, вы уже были в моей квартире, так что, полагаю, не потеряетесь? — не прекращая улыбаться, она тем не менее чуть напряглась.

И не потому, что стеснялась находиться со мной наедине в закрытом помещении. Что уж там скрывать, как мужчина и женщина мы друг друга привлекали, это было заметно. Дело в воспоминаниях, связанных с похищением.

Но ничего говорить или утешать сейчас девушку не требовалось. Она уже не маленькая, а вполне самостоятельная женщина. И если бы я начал сейчас ее заверять в том, что ничего подобного ей пережить больше не случится, то, во-первых, мы бы оба знали, что я соврал. А во-вторых, в наших взаимоотношениях это бы провело определенную черту.