— Иван Владимирович, — неловко поднявшись на ноги, он поклонился. — Я уволен?
— Ты знаешь, за что я выгнал Александрову и Наджарову? — уточнил я.
— Знаю, Иван Владимирович, — подтвердил он.
— Тогда сейчас ты ляжешь спать, а завтра уволишься сам. Компания, которая прислала тебя, обещала высочайший класс работы. И я оценил его в достаточной степени, Егор Никифорович, — произнес я. — Будет лучше, если ты сам сообщишь им, за что был уволен.
— Я все понимаю, Иван Владимирович, — вновь поклонился управляющий. — Но воля его императорского высочества… В такое время…
— Моровы — не правящий дом, Егор Никифорович, — покачал головой я. — И для меня не имеет значения, кто отдал тебе приказ, если это не был член моего рода. И не забудь перед увольнением увезти Наджарову. Я никого из вас не хочу видеть в моем доме.
— Будет исполнено, Иван Владимирович.
Закрыв дверь, я вернулся в свои покои и, немного побродив по кабинету, сел на диван.
Вот так и проверяются нанятые слуги. Неприятно, но ожидаемо. А с наследником престола я все-таки поговорю. Или сначала посоветоваться с кем-то из лояльных мне дворян?
Глава 15
На рассвете я уже сидел на пороге своей будущей лавки, дожидаясь прихода Антонины Владиславовны. У моих ног лежала сумка с инструментом и необходимыми на сегодня ингредиентами. Предстояло закончить возведение магической системы на моей территории — дальше рабочие уже приступят к завершающей стадии отделки.
На ступеньке стоял пластиковый стаканчик с горячим кофе, купленным по пути сюда. Периодически прикладываясь к нему, я осматривал результат работы бригады и чувствовал, что хоть где-то достиг прогресса. Оставаться дома, чтобы поваляться в постели лишние пару часов, не хотелось. Ни к чему задерживать бригаду — чем быстрее они закончат, тем быстрее я уже, наконец, открою свою лавку.
А то до смешного доходит — я самому императору артефакты делал, а своими собственными делами еще не занимался. Все время приходится куда-то бежать и что-то делать — то от кровавого культа отбиваться, то от наемников. Но будем надеяться, что теперь, когда Сухарев сдал своих подельников, в Кремле опомнятся и действительно наведут порядок.
Небольшая легковая машина остановилась у ворот и медленно проползла вдоль забора к обочине. Погасив двигатель и только после этого отстегнув ремень безопасности, лейтенант Службы Имперской Безопасности выбралась наружу.
Я улыбнулся, глядя на точно такой же стаканчик с кофе у нее в руке. На плечо девушка закинула сумку с собственными инструментами. Калитка пока что не закрывалась толком, так что моя ученица без посторонней помощи прошла внутрь и направилась к крыльцу, на котором сидел я.