Однозначно мне нужно расширять штат людей. Обзавестись собственной охраной, чтобы вот таких визитов никакие гости не наносили. Интересно только, где их взять? Квалифицированных охранников найти сложно, да и, как показал визит к Сухаревым, не все из них справляются со своими обязанностями.

А вот Егору Никифоровичу придется со мной объясниться. Александровой не должно было уже быть в особняке к этому моменту. Управляющий подчинился ей, как подчиненной наследника престола? Вполне может быть, он же не потомственный слуга Моровых, а всего лишь наемный работник.

И хотя сам говорил мне о том, что от обеих девушек надо избавиться, но Екатерина Вячеславовна почти своя, служит императорской семье. А вот Айшет прибыла к нам из гарема чужого принца и своей является только на бумаге.

Лояльность простых людей всегда будет выше к правящему роду, чем к тем, кому эти люди служат. Тут нужно воспитываться с детства в правильном ключе, чтобы считать интересы одного-единственного дворянского рода превыше всех иных.

— Как же все это… хлопотно, — выдохнул я, когда увидел, что Екатерина Вячеславовна действительно покинула территорию особняка.

Последний в роду Моровых… Его императорское высочество, похоже, слишком высокого мнения о себе, раз решился на такой шаг, даже не поговорив со мной. И это после всего, что я для его семьи сделал.

Нет, разумеется, я понимал, что правитель руководствуется иной моралью, чем его подданные. Главная мотивация всех поступков будущего монарха — благополучие всей Российской Империи, и чувства одного конкретного дворянина здесь не котируются. Но я — не наследник престола.

И мне не нравится, что мной пытаются решать свои вопросы. Моровы им нужны? Все как сговорились, сначала Завьяловы просят о ребенке, теперь вот наследник престола, а до того Дементий Петрович и, разумеется, Венедикт Кириллович предлагали своих женщин. Да даже кровавый культ пытался мне родственника создать. Кто завтра начнет делать мне предложения продолжить великий род Моровых? Прохожие на улицах?

Успокоившись, я лег обратно, но сон уже не шел. Вопрос не следовало откладывать, а потому я быстро оделся и, пройдя по коридору, спустился на первый этаж. Комнаты для прислуги выделены в доме каждому своя, так что я не боялся, что разбужу кого-то лишнего.

Из-под двери управляющего пробивался луч света. Егор Никифорович не спал.

Стучаться я не стал, просто толкнул створку. Мужчина сидел за столом и… Пил. На столе стояла открытая бутылка вина, уже почти пустая. Рядом разместился бокал, в котором плескалось на самом дне.