Скворцов поднялся на ноги и бросил взгляд на недоступный пистолет.

— Ты вломился ко мне в дом! — заявил он.

— И ты думаешь, кто-то станет тебя защищать? — уточнил я. — Да стоит мне только намекнуть, и тебя твои же собственные подчиненные закопают живьем. Потому что приказ будет исходить от будущего императора. Неужели ты не понял еще, что нельзя лезть в мои дела, Леша?

Все могло бы пройти совсем иначе, если бы Скворцов не стал угрожать мне оружием. Он же узнал мой голос, а теперь пытался доказать, что у него есть какие-то там права. Но права его закончились в момент, когда он влез во внутренние дела Моровых.

Скворцов взял себя в руки.

И мне вдруг стало интересно, а знал ли он вообще о моих делах с правящим родом? Понятно, что глава внутренней безопасности должен был получить приказ проверить коллег и арестовать конкретных людей. Но откуда ему знать, что происходит за стенами Кремля? Не того полета птица Алексей Александрович, чтобы Виктор Константинович ему докладывался.

— На кухню, — велел я, кивнув в сторону нужного помещения. — И держи себя в руках. Я не шутил — станешь вести себя слишком дерзко, я не посмотрю, что ты сотрудник Службы Имперской Безопасности. Отвечать будешь уже с того света.

Он подчинился, и первым двинулся в сторону кухни. А я задержался за несколько секунд, воспользовавшись поиском жизни. Мы пока что не шумели, а потому спящая женщина в спальне даже не пошевелилась.

Заглядывать в комнату я, естественно, не стал. Однако отметил, что кольца у бывшего капитана на пальце нет. Стало быть, не его это жена. Впрочем, действительно смотреть, с кем коротает ночи Алексей Александрович, я не собирался. Не настолько мне было интересно, отметил, что она не одаренная, и достаточно.

Но пистолет с полки я прихватил и сунул его себе во внутренний карман куртки. Мало ли что может случиться? Вдруг любовница Скворцова решит выстрелить мне в спину? Динамический щит меня прикроет, но на выстрел придется реагировать.

Алексей Александрович включил лампу, висящую под шкафами, освещая кухонный фартук, и сел на стул, стоящий лицом к входу. Я прошел за ним и встал у раковины, располагающейся в углу. Сложив руки на груди, я некоторое время смотрел на человека, который ранее казался мне более адекватным, чем показало наше дальнейшее общение.

— Рассказывай, Леша, какого хрена тебя потянуло в интриги дворянские, — велел я, снимая шлем и ставя его на электроплиту. — Кто приказал, что именно приказал.

Скворцов вздохнул, не став утверждать, что ничего мне не скажет. Понимал он прекрасно, что я не вру и спокойно задам свои вопросы его холодному телу. И вот тогда уже отвертеться не выйдет.