Это сейчас, поддавшись порыву решить проблему, Виктор Константинович делает нам конфиденциальное предложение. Но стоит нам начать перегибать палку, и император просто уберет мои чертежи под сукно, забыв о них, как о небольшом курьезе.

А если кто из нас позднее озвучит в разговоре, что Романовы хотели взять денег у дворян, этому человеку можно заранее закупать места на кладбище. Многое может простить нам Виктор Константинович сейчас, но не умаления достоинства правящего рода.

— Я вас понял, Иван Владимирович, — серьезно кивнул государь. — Венедикт Кириллович, вы просите гарантий и конкретики? Что ж, для меня не секрет, что Солнцевы давно хотели получить некий участок на побережье нашей страны. Я готов рассматривать этот участок в качестве залога по кредиту, если ваше решение будет в силе. Официальных бумаг не будет, я передам вам его в аренду на срок в десять лет. Соответственно, и выплачивать заем я буду этот же срок.

Я слушал его и сперва решил, что император не послушался моего совета. А потом вспомнил слова казначея. У Российской Империи нет денег на содержание Польши. Зато они есть у Солнцевых, и раз уж Герман Мстиславович дарит пятьсот тысяч комплектов государству, то чтобы два раза не вставать, государь деньгами Солнцевых заткнет дыру в бюджете.

Внутренне усмехнувшись, я дослушал диалог, который было невозможно назвать торгом. Император оценил стоимость доспехов для русской армии, и теперь просто ставил Венедикта Кирилловича перед фактом, что он предоставит взамен такой огромной суммы.

И следовало признать, когда Виктор Константинович закончил переговоры, я был уверен — император решит вопрос с поляками.

— На этом, господа, я вас поблагодарю за уделенное мне время, — проговорил государь, поднимаясь со своего стула.

Мы тоже поднялись.

— Все необходимые документы мои люди передадут вам в понедельник, — объявил его императорское величество.

Поклонившись, мы втроем покинули его кабинет и в полном молчании добрались до парковки Кремля. Панфилов тут же сел в свой автомобиль и умчался в особняк. А меня задержал Венедикт Кириллович.

— Иван Владимирович, будьте так любезны, составьте мне компанию за обедом, — произнес он. — Вы давно не гостили у нас, и я бы хотел напомнить вам о нашем гостеприимстве. Поделитесь со стариком, как у вас обстоят дела с обучением студентов в академии, я тоже что-нибудь расскажу.

Обед мы пропустили на совещании, и в самом деле следовало поесть. Да и в академии меня сегодня уже не ждали — смысла ехать туда не было.

— Соглашусь с удовольствием, Венедикт Кириллович.