Неужели Борису Владимировичу я настолько не нравлюсь, что он готов жертвовать качеством на защите собственного сына? Через Василия Владимировича можно было заказать у меня нормальные артефакты — я ведь до сих пор никому не отказывал, Солнцевы — и те уже облачились всем составом в мои изделия. Договоренность об обеспечении дружины уже была устно заключена, но Венедикт Кириллович пока не накопил достаточно ресурсов, чтобы я мог приступить к работе.

За что же так Окунев не любит Моровых? Не лично же во мне проблема, тут явно замешана какая-то старая грязная история, простить которой мне нынешний глава рода Окуневых не способен. При этом его сын никаких проблем в общении со мной не испытывает.

— Постойте, — вытянув руку, произнес стоящий перед дверьми в покои наследника рода чародей. — По приказу главы рода мы обязаны вас осмотреть.

Я улыбнулся и выпустил силу. Аура темной магии обрушилась на охрану Дениса Борисовича, заставив всю четверку одаренных скорчиться от ужаса на полу.

— Осмотреть вы можете мои ботинки, господа, — недовольным тоном произнес я.

Телекинезом открыв двери, я переступил через судорожно хватающего ртом воздух чародея и так же магией закрыл створки за собой. Звукоизоляция была на уровне — мне уже не было слышно, как стонут люди Окуневых по ту сторону дверей. Впрочем, они знали, на что шли, когда выводили меня из себя.

— Иван Владимирович! — как ни в чем не бывало воскликнул хозяин покоев. — Вы пришли!..

— Несмотря на то, что ваш отец решил со мной поссориться, я сдержал свое обещание, — произнес я в ответ, проходя к ближайшему столу.

Саквояж с шумом бухнул по столешнице, и я повернулся к молодому человеку, с растерянностью глядящему на меня.

— Почему он решил с вами поссориться? — негромко уточнил он.

— Понятия не имею, Денис Борисович, — пожал плечами я. — Однако я полагаю, что род Окуневых не так уж беспокоится о вашей судьбе, раз может себе позволить пытаться унизить чужого главу рода, единственного способного вас исцелить.

Мой троюродный брат несколько секунд хлопал глазами.

— У меня есть несколько замен, Иван Владимирович, — произнес Денис Борисович. — Братьев у меня полно, и не троюродных, как вы, а входящих в младшие семьи Окуневых.

То есть его лечение не так уж и важно? Сомневаюсь, что Василий Владимирович одобрил бы попустительство со стороны родного брата. Однако «Косаря» здесь нет, я потребовал высокой платы, а сам Денис Борисович уже и не умирает. С моей системой накопителей он вполне может прожить годы, не сильно испытывая дискомфорт от своего недуга.