— По крайней мере, мебель моя, — сказал я, как будто это был ключевой аргумент.

— Прекрасно. Делай, что хочешь, — ответил он, понимая, что от меня не добиться большего. — Просто будет одиноко.

— Как насчет этой женщины? — спросил я, когда горничная ушла.

— Кто? Горничная? Она очень трудолюбивая. Я бы даже женился на ней, — ответил Иван, с легким оттенком шутки.

— Тогда женись? — переспросил я, поднимая брови в удивлении.

— Не хочу снова жениться, потому что уже был женат, — ответил он, стараясь выглядеть непринужденно.

В этот момент зазвонил мой телефон. Номер был незнакомый.

— Привет. Это кто? — я ответил, не без любопытства.

— Григорий, это я, Илона. Плохо себя чувствую. Ты свободен?

— Конечно. Ты дома? Сейчас подъеду…. Хорошо, увидимся через полчаса.

— Ты только что говорил, что сегодня никаких пациентов? — удивился Иван.

— Это пациентка. К тому же, она действительно хороша, — ответил я с улыбкой.

— Чёрт, тебе везёт, — прокомментировал Иван, в его голосе слышалась зависть.

— Павел отправил твою машину обратно? Отвези меня туда, — попросил я, глядя на Ивана с надеждой.

— Ублюдок, я не твой личный водитель, — ответил Иван с раздражением, но уже потянулся к своим вещам, готовясь к дороге.

* * *

В конце концов, Иван привез меня на Барвиху. Прямо как прописался здесь, каждый день езжу почти.

Вошел во двор Илоны. Она все еще валялась у бассейна. Непривычно полуголая, в солнцезащитных очках.

— Илона, чем могу помочь? — спросил я.

Она сняла очки, облизала губы и посмотрела на меня с искрометной решимостью.

— Сегодня ты полностью мой, Григорий. Иди ко мне!

Илона недавно получила роль на прослушивании. Второстепенная роль, но фильм оказался хитом. Конкуренция была жесткой, даже за такие места. Лучшая роль, которую она когда-либо получала. И всё благодаря моим связям с нужными людьми.

После первой «палки» мы отдыхали у бассейна.

— Григорий, ты близок с режиссером Вениамином? — поинтересовалась Илона.

— Так себе. Он просто мой пациент. Я не так уж сильно помог тебе, — ответил я.

— Это многое для меня значит, — сказала она с благодарностью.

Я обнял Илону за талию. Ее смелость и страсть свели меня с ума.

— Пойдем в комнату, — предложил я, и мы отправились туда для второго раза.

Во время стона Илона прошептала:

— Григорий, ты такой потрясающий…

Что еще можно сказать мужчине, чтобы удовлетворить его тщеславие? Вот и все.

Но, как известно, не бывает перепаханных полей, если быки уже перенапряжены.

После нескольких «палок», и учитывая веселое времяпрепровождение накануне, я был полностью измотан.

— Останься на ночь, — предложила Илона.