и как? И… это же на минуточку, как я понимаю. А потом обратно сюда. — Пойду, — кивнул он. — Мало ли, что там ждёт. Теперь все они смотрели на нас и усмехались. — А как потом мы сможем вернуться? — Вы вернётесь сюда. А отсюда… у воина с закатной стороны есть волшебная дверь, которую можно открыть в любое место. — Но мой портальный камень не работал здесь, — вскинулся Анри. — Будет работать, — сказала хозяйка. — Если мы больше не сторожим Хэдегея, то нужды в запорах нет. Запоры мешали, больше не мешают. О как, надо же. Запоминаем. А дальше вышло как-то быстро — Аюна прощалась с дедом и обещала давать о себе знать, а потом Хэдегей дал ей руку, а хозяйка открыла им какую-то дверь, за которой на небе сияли звёзды, и они туда шагнули. Алёнушка со старичком-бурундучком поклонились хозяйке, и просто исчезли. А нам двоим она тоже открыла некую дверь прямо здесь. — Ступайте, и возвращайтесь. За дверью что-то клубилось, и я взяла Анри за руку… и мы шагнули в неизвестность. Вперёд. Вдвоём. 31. Они вернутся Асканио разбудил свет скупого зимнего солнца. Он открыл глаза, ощутил ломоту и боль во всём теле. Ещё не зажившая до конца рана, и путь в туман, и вчерашняя схватка, которая закончилась… чем? Тем, что Анри и его маркиза ушли вниз, туда, откуда приходили красноглазые твари. Стоило им спуститься, как проход закрылся. Оставшиеся наверху люди добили оставшихся тварей… и всё. Темнота, тишина, невероятная усталость. Асканио помнил, что вроде бы добрался до стены и там не упал, но сполз по ней осторожно, и больше не было ничего. Кажется, его потом кто-то трогал и переворачивал. Сейчас же оказалось, что он спал, завернувшись в свой плащ, прямо там, где вчера дрались. Подняться удалось — в самом деле, не оставаться же тут дальше, в этом мрачном холодном месте? Он огляделся — остальные спали. Все дышат, все живы. Ближе всех к нему спала медведица, вытянув морду и положив её на лапы. Скажи Асканио кто год назад, что он станет спать рядом с медведем и не испугается — засмеял бы. А вот как оно обернулось. И матёрый крупный волк в другом углу тоже не вызывал ни страха, ни отвращения, ни возмущения. Потому что без госпожи Евдокии и без Каданая, кем бы он ни был, они бы вчера не выжили. Не выжили бы и без Северина — тот тоже спал на плаще, подтянув колени к подбородку. Не выжили бы без воздушницы Ульяны и без оказавшегося неплохим водником Астафьева. И без боевого мага Ильина. Да и от него, Асканио, наверное, была какая-то польза. Оставалась неясной судьба Анри и маркизы. Но маркиза