Выпуск всех газет и изданий, кроме правительственного вестника, прекращен. Сегодня Гвардейский экипаж должен был взять под контроль Государственный банк и Биржу. Частным и иностранным банкам наложен секвестр на все переводы за границу, внутри страны оборот свободный.

Что касается рабочих, то они укрепились на рабочих окраинах востока столицы. Судя по всему, у них до десяти тысяч вооруженных рабочих. В начале восстания это была большая сила и, если бы они были более сплочены, столица была бы в их руках. А так — это, в обще м-то разрозненные отряды без четкого центрального руководства и многие уже хотят сложить оружие. Есть два-двадесятка отрядов непримиримых эсеров и анархистов, общей численностью до тысячи человек. Они отлично вооружены и неплохо подготовлены к ведению уличных боев неведомыми военными инструкторами. Нам еще ни разу не удалось захватить в плен такого инструктора, но пару главарей мы взяли в плен и они рассказали, что такие были и готовили боевиков в Финляндии.

Кстати, финны прощупывали возможность отделения от Империи, так же как и поляки, но финским делегатам намекнули, что, как тоьлко финский корпус попытается покинуть казармы, линкоры разнесут пололовину Гельсингфорса, а потом разрушат железную дорогу на Петербург и, вообще возьмут контроль над перешейком. Это все Сандро постарался, он как прибыл, везде расставил патрули и летучие отряды на авто и пролетках, потом поехал на Балтийский завод, где закончил ремонт «Александр III». Линкор должен был уйти в Мозампо, но, к счастью, не успел. Отдельная проблема — казаки, которые сначала поддержали дядю, н. Сандро сейчас как раз и занимается ими, пытается перетащить на нашу сторону. Если это случится, то численный перевес будет у нас.

Вообще, ситуация с рабочими, инициировавшими восстание, выглядит наиболее неизвестной и непредсказуемой. Спросил Георгия, кто за этим следит и наблюдает ли вообще. Он ответил, что возложил это дело на Мишкина, но тот умчался к себе на завод и, похоже, что «усмиряет» оттуда, так как заявил, что на сегодняшнее совещание не приедет: мол, дорога опасная, боевики пошаливают.

Худший выбор, чем назначить робкого Мишкина на такое дело трудно представить. Пока он никто: ни промышленник, ни торговец, ни инженер. С рабочими говорить не умеет. Это потом, в ПМВ в реальной истории он станет лихим командиром Туземной («Дикой») дивизии, лично водившим свих джигитов в атаки.

Открылась дверь, и, сопровождаемый двумя адъютантами, в зал шумно ввалился Сандро. Был он в черном адмиральском мундире полного адмирала, с орденом Святого Георгия на шее. Выглядел он не в пример лучше племянника, несмотря на черную перчатку протеза и повязку на глазу, они, как раз, придавали ему вид лихого адмирала, грозы морей и уездных барышень, которые при виде народного героя должны были падать и сами укладываться в штабеля налево-направо.