— Их надо добить! — дрогнувшим голосом крикнул Ури, шлепая лапой по автомату. Зрелище так проняло вольфара, что он и не задумался о драгоценности каждого патрона.

— Стоп! — я и дед Федор крикнули в унисон, а дальше старик продолжил сам, в точности повторив мои невысказанные слова — Поглядим что к чему.

— Корежит жутко — это Радимир, что невольно сглотнул и явно сделал усилие, чтобы не отвернуться.

Честно говоря, и мне было крайне неприятно наблюдать за мучениями живых созданий. Этим эффект полного погружения и страшен — для нас все вокруг абсолютно реально.

— О Майн Гот! — вскрикнула Леонор, зажимая рот ладонью и резко отворачиваясь.

Мне поплохело, но я сдержался.

На коже рыб появились вздутия, шишки, тела деформировались, пасти несколькими рывками увеличились в три раза. Еще рывок, «хариус» мощным толком подался вперед, опираясь на внезапно откуда-то появившиеся недоразвитые лапы торчащие прямо из брюха, приподнялся и сомкнул челюсти на своем дергающемся собрате. И «толстолобый» тоненько закричал… мы явственно слышали доносящийся из пасти рыбы тонкий крик. Рыба закричала!

Несколько мощных частых укусов, мы в остолбенении наблюдаем, как изменившийся до неузнаваемости «хариус» заживо пожирает другую рыбу. Еще полминуты — а мы так и наблюдаем с мистическим ужасом — и чудовищное исковерканное создание покончило с так и изменившимся полностью собратом, щелкнуло пастью и круто развернулось к нам.

— Оу! — замотала головой Леонор — Оу!

— Да уж — согласился дед Федор, поднимая револьвер — Да уж…

— Теперь можно? — сипло поинтересовался Ури.

— Еще пару секунд — попросил я, вглядываясь в пошатывающуюся на продолжающих расти лапах тварь.

Здоровенная морская рыба, что сначала была абсолютно здоровой и аппетитной на вид, сейчас изменилась до неузнаваемости. Я вижу перед собой обтянутое пятнистой бугристой кожей чудовище, стоящее на шести тонких лапах, вверх задран и загнут дугой вытянувшийся хвост сейчас почему-то крайне смахивающий на жало скорпиона. А впереди пасть занимающая половину туловища… зубы квадратные, но тонкие, словно пластинки и их очень много. Темные щелки глаз смотрят прямо на нас, но тварь пока не двигается… почему не двигается?

Ответ пришел быстро — еще раз вздрогнув, «хариус» окончательно выпрямился, чуть опустился к земле, содрогнулся всей тушей, а затем разинул пасть еще шире… и сделал глубоких хрипящий вдох…

— Он себе легкие отрастил! — завопил я, неверующе глядя как зарастают жаберные щели скрываясь под кожей.

— Валим! — коротко распорядился старик, первый нажимая на спусковой крючок.