Стоило вновь задремать, как вдруг почувствовал холод, забирающийся ко мне под одеяло, пришлось срочно подниматься па не околел окончательно, открывать заслонку печи и подкидывать дров, чтобы согреть помещение. Оказалось, что из-за схода лавины и пневмодинамического удара, приоткрылась форточка, не до конца зафиксированная зажимом, вполне естественно все тепло тут же выбралось наружу, а вместо него в фургон пробрался мороз. Пока раскочегаривал печку, заодно согрел и чайник с водой. Конечно пить ночью даже чай, означало обрекать себя на бессонницу, поэтому сделал как в детстве делала бабуля. Правда варенья у меня не было, но вскрыл банку с клубничным джемом и размешал пру ложек в кружке кипятка. Получилось что-то вроде горячего компота, к этому времени достаточно прогрелся и сам фургон. Посетил удобства, напомнив себе, что назавтра нужно будет пополнить бак с водой, и наконец спокойно уснул.

Я проспал до самого обеда, и потому пропустил целый спектакль, разыгравшийся у скалы. Собственно, разбудил меня местный полицейский, заехавший ко мне за очередным подношением, а заодно выпить чашечку кофе. Как говорится на халяву уксус сладкий. Не забывает меня начальство, всегда заезжает, проповедовать обычно по пятницам, ну и рассказать новости. Однако за те сведения, что так или иначе доходят до меня через местного блюстителя порядка, я другой раз даже готов был и накормить его, а то и доплатить.

Этим утром, как оказалось, разыгралось настоящее представление. И причиной тому, стал исчезнувший Карл Беккер. Еще ночью, преследователи парня состоявшие в основном из брата-ключника местного монастыря и нескольких особо приближенных к нему мальчишек-монахов, взломали дверь в один из туристических домиков, предназначенных для туристов, прибывающих для восхождения на гору Канченджанга, и принадлежащих одному из местных предпринимателей. Ту самую, что вела в номер этого парня. Мало того разворошили весь номер, как будто одного взгляда оказалось мало, чтобы убедиться в отсутствии постояльца, а затем бросились в погоню.

— И только одно это подняло в поселке такой скандал, что я просто не знал, как поступить! — Жаловался мне полицейский.

— С одной стороны — преступление налицо. Мальчишки под предводительством ключника местного монастыря взломали входную дверь и проникли в занимаемый парнем номер. То, что из всех его вещей обнаружился только пустой чемодан, ничего не значит. Взлом, налицо. С другой, Кам-Чанг, уважаемый человек, ключник монастыря, и предпринимать против него какие-то действия, означало бы вызвать недовольство у населения. Монахов здесь уважают и стараются в их дела не вмешиваться. Да что говорить, если фактически все население деревни, в свое время прошло через монастырь. А иначе хотя бы получить основы знаний практически невозможно. Одним словом, пришлось серьезно поговорить с ним, и донести до него мысль о том, что он поступил дурно, и содеянное надо исправить. И хотя он кивал и соглашался со всеми моими доводами, но похоже пребывал в этот момент где-то далеко от меня. Потому что стоило его отпустить, как он тут же созвал молодых монахов, вооружил их ломами, молотками, и прочим инструментом, и отправился вместе с ними к священной горе.