— Н-не матерись, ты девочка! — бормочет Суви, — Ну… ну да… странная.

— И типа это её игра вдолгую. Даёт надежду, чтобы отобрать. Вдруг она маньячка вообще! Да у неё отец — дьявол! Ну точно с башкой у неё не в порядке, я тебе говорю. Да-да-да! — закивала она.

— А вдруг нет?.. Вдруг она хорошая?

— А для чего тогда такие выкрутасы?

— Не знаю…

— И беда в том, Суви… собственно, причина, по которой я к тебе сейчас пришла, почему всё это начала… — вздыхает она, опуская руки, — Я поняла, что ни ты, ни я… её не победим. Она явно по красоте на одном уровне с нами, она сильнее, она хитрее, она богаче, она необычнее. Она может быть красоткой, может быть милашкой, может быть садисткой, может быть мазохисткой. Она эти образы меняет… не знаю, словно маски! Словно у неё их сотни! И все настоящие — не наигранные! Ты ей проиграешь. И… я ей проиграю… сейчас так точно. А времени у нас немного, чтобы нагнать… банальный возраст и половое созревание уже вот-вот, — она поджимает губы, смотря в глаза подруге, — Скорее всего… Мишу она уведёт, Суви. Пока что я не знаю, как с ней бороться. Она тупо вездесуща.

У Суви дрогнули руки, как она широкими от шока и страха глазами смотрела на свою подругу.

Катя устало села на диван, и воцарилось молчание. Тикали часы, орали дети за окном, а две лучшие подруги просто молчали, понимая, что на душе у них паршиво, а сердце от этих мыслей сильно ноет.

Понятно, что за Мишу никто не решит! Ну не такой он ведомый. Точнее, вообще не ведомый, а в последнее время всё больше идёт поперёк всем подряд, имея на всё своё мнение. Чем старше и сильнее он становится, тем больше он заноза в заднице для всех несогласных. С ним ещё и считаться нужно! С каждым годом всё больше!

Вот только Луна может ему понравиться банально больше, и он уже САМ её и выберет.

— И что делать, Кать?.., — пробормотала Суви, — Я этого… очень не хочу.

— Не знаю. Знала бы — сделала бы сама. Но… можно попробовать… — вздыхает Синицина, — Мы с тобой лучшие подруги. Она нам — нет. И мы можем друг друга потерпеть, пока избавляемся от конкурентки.

— Т-ты предлагаешь…

— Перемирие. Союз, — хмурится она, пододвигаясь ближе к подруге, — Я за этим и пришла. Будем цапаться и отбивать Мишу друг у друга — его заберёт альбиноска под шумок.

И Катя протягивает руку.

— Ну как? Потерпим друг друга? Не ссоримся, не обижаемся, живём как и жили. А ещё — разбираемся, как вытолкнуть наглую воровку!

Суви смотрит на протянутую ладошку.

А затем пожимает.

Пока Кайзер заключил союз с дочерью Дьявола, в это же время, в той же академии, был заключен другой — для борьбы с этим самым его союзником.