Мелкая зеленоглазая дрянь!

— Ой, пофик на неё, — Максим махнул рукой, — Девочки гвупые!

— Согвасен, — со вздохом киваю.

Только вот девочки девочками, но… за последние полчаса к нам никто так и не подошёл играться. Даже с учётом крутецкого жука.

Тц. Только ведь веселиться начал. Сраный садик. Сраное людское общество!

— И на этом, господа и дамы, наш день закончен! Благодарю вас за участие, и жду завтра! — вышел воспитатель, — Что нужно сказать?

— Благодавим за тёплый пвиём! — сказали мы хором.

— Умницы, — улыбнулась женщина.

Мы начали потихоньку ковылять на выход. Катю я заметил среди девочек. Как и она меня заметила. Мне вообще кажется, что она от меня взгляда не отрывает.

— Муэ! — девочка показала язык, прежде чем исчезнуть.

Пиздючка!

Мы с Максимом вышли вместе. Про Олега, естественно, не забыли — он наш друг. Максим сказал, что заберёт его.

— Мама! — я увидел маму, — Ну вадно, Макфим, пока. До завтва.

— До завтва! — помахал он.

Я побежал к маме.

Она аж ахнула, когда увидела меня. Ну и естественно на глазах моментально выступили слёзы, ну как без этого. Говорил же. А если бы ей сказали, что меня выгоняют…

Даже думать не буду.

— Сына! Сыночек! Как ты⁈ Ой, а это кто, твой друг⁈ — она кивнула на Максима.

— Дя. Макфим, мы двузья.

И тут у мамы перехватило дыхание, она замерла, её кожа побледнела, а руки задрожали.

— Макс… им?.., — прошептала она.

— Дя. Макфим.

— Нет… нет-нет-нет… — она замотала головой, пятясь назад.

Странная. Чё это с ней? Нормальный Максим, вполне стандартный.

Я сел на лавочку и, пока мама пыталась не потерять сознание, начал переобуваться в ботиночки.

Только вот…

— Анна? Можете подойти, есть разговор по поводу вашего сына, — появилась воспитательница.

Я поднял на неё глаза.

Ох, блядство.

* * *

Мы пришли домой. Здесь был отец.

Ничего хорошего это не сулило.

— Уму не постижимо! Просто невероятно! — мать аж краснела от злости, — Драка в первый же день! Михаэль, ну как так⁈

Я закатил глаза. Объяснять, что виноват не я, а Теодор первый начал, даже в теории выглядит жалко и неправдоподобно. Да, мне почти годик, но я не ребёнок! Я уже взрослый!

Особенно с учётом злой женщины.

Ну и естественно, никто ей записи не показал и ничего не уточнил. Я тут даже обижаться на маму не буду, с её стороны я реально на дебошира похож, ей недоговорили буквально ВСË. Скотины.

— Марк, поговори с ним как мужчина! Неправильно обижать слабых! Что за фигня⁈

«Слабых?», — хмыкнул я.

То есть, мои родители уже заранее считают меня превосходящим других детей?

— Так сынок, а ну-ка пойдём, — отец нахмурился и позвал меня в комнату.