Вердикт:
— Внимательно следить'
И, вздохнув, женщина отодвинулась от клавиатуры. Подумала. А затем, ещё раз вздохнув, только из любви к этому любознательному малышу…
«Примечание: выдать иммунитет на исключение. Пока что»
* * *
Второй день садика.
Мы с Максимом сидели возле роботов и смотрели на других детей.
— Надо фто-то делать, — нахмурился он.
— Та. Надо, — кивнул я.
С нами никто не играет. Всё, теперь окончательно понятно — репутация пошла не в ту сторону, где мы любимчики.
Когда появилась воспитательница у нас началось занятие по этике, где настойчиво объясняли, что драться плохо, аристократы всё словами решают и бла-бла. Гадать не надо, почему эту тему подняли сейчас.
Потом снова игровая. И вот там уже…
— Воть. Ето тебе! — Теодор подошёл к какому-то мальчику и протянул ему новую игрушку.
Поначалу мы не поняли.
А потом поняли.
На Теодора тоже косо поглядывали, но уже из жалости. Заплакал. В высшем обществе! Как ребёнок! Репутация у него тоже подбита. И он решил её исправить.
Он просто всех подкупил.
Сегодня он раздал девять подарков, а с нами так никто и не играл. Даже с учётом крутого жука.
* * *
Третий день садика.
Теодор раздал подарки всем мальчикам. Авторитет в их глазах восстановлен. Приступил к девочкам, и начал с Кати, которая от куклы отказалась — сказала, что такая уже есть.
С нами снова никто не играл.
* * *
Четвёртый день садика.
Девочки оказались рады подарку куда больше, судя по реакциям. Репутация Теодора была полностью восстановлена — он всех подкупил. Про его плач все забыли.
Естественно, сам бы он до такого не додумался. Пусть его и отобрали по социальному интеллекту, но вот ТАКИЕ схемы ему наверняка подсказали взрослые.
Меня же… начали недолюбливать ещё больше.
— Он тумает, что мы гвупые! Точно тумает! Дя-дя-дя! — кивала Катя, нашептывая девочкам на ухо.
Каждый день было два занятия чем-либо, и, решив не принижать свои знания, я банально всех переигрывал. Запоминание, общая эрудиция, обучение этикету за столом. Четыре дня — четыре звёздочки.
И если раньше все удивлялись, то сейчас… всех начало это раздражать.
Я наблюдал, как быстро рушится вся моя репутация.
* * *
На следующий день я снова с утра стоял на пороге садика. Теперь уже без опозданий, а потому и толпу детей я встретил у шкафчиков. Но тут неожиданно появилась воспитательница и сказала, что родителям нельзя.
— П-погодите, но ему же и годика нет! — завозмущалась мама, — Как он переобуется?
Все стоявшие рядом родители ахнули.
— «К-как годика нет?..»
— «А чего он такой… взрослый тогда?..»
— «Какой-то супер-карапуз…»