Я довольно заулыбался. Эх, вот как же хорош батя! Сначала дал мне ножичек, потом кинул в бассейн, теперь уговорит маму, чтобы я прыгнул с крыши!
— Вы что… шизофреники? Оба?.., — мама прикола не поняла.
Мы почесали голову. Блин.
— Дорогая послушай… — выдохнул отец.
Раунд два.
Я огляделся. О, вижу Сергея и группу каскадёров. Потопал к ним.
— О, Михаэль, ну что решили? Сканим лицо? — спросил Сергей, — Или…
— Мне э-э… лазлезшили. Я сам плыгну.В͍ы̯ ж̲е̦ хͅо͍т̯и̠т͔е͍ к̞а͈к̟ л̼у͎ч͓ш͍е͈?̼ В̗ы̖ ж͇е̹ н̝е̬ х̯о͍тͅи̤т̜е̼,̜ ч̝т͙о̻б̖ы͖ в̟с̫ё̖ б̳ыͅл͙о͔ п͚л͕о͈х̼о̪?̺
Наречие взывает к негативным эмоциям, те коррелируют с моими словами, и картинка в голове Сергея рисуется сама собой. Он заметно хмурится.
Сейчас здравый смысл у него пропадёт. Эмоции возьмут вверх. Жаль, правда, Наречие работает только в моменте, а дальше мозги у него включатся. Поэтому надо брать пока горячий!
— Правда хочешь прыгнуть?.., — спросил он.
— Конечно. Только давайте быстлее!
Да не убедит никого батя. Маме нужно показать, что это легко и просто. Я верю в свои силы! Плюс я ребёнок, и мне всё сойдёт с рук! Вот.
Хотя… когда я в прошлый раз так думал, я уронил маску и попал на встречу каннибалов. Не, ну сейчас-то ТОЧНО всё иначе будет, да ведь? Тут ведь тросы держат! Там эти каскадёры как только не летают! Я что, хуже? Я что… чмо⁈ Да если они с девятого этажа прыгают, и я смогу!
— Нам всего один кадр! — радостно запрыгал Сергей, — Пойдём! Сейчас всё сделаем! Там несложно!
Вообще, конечно, странно, что двухлетнего ребёнка допускают на работу с высотой, но наречие и эмоции творят чудеса.
«Блин, ну я ведь понимаю, что это детство в попе… ну зачем я на это иду…», — логика-то работает, но почему-то слушать я её не хочу.
Ыа-а-а, я не дам своё лицо!
Это иллюзорно горящее здание было здесь же, в нашем павильоне. Здесь удобно имитировать дождь и ночь круглыми сутками.
Я начинаю подниматься. В принципе, не высоко — высоту тоже на компе сделают. Лететь метров пять. Но… ёмаё, как же для ребёнка всё увеличивается.
«Уоу…», — я взглянул вниз.
Стоило посмотреть, как расстояние вытянулось. И теперь метров не пять, а все тридцать нафиг.
*Гык*, — я сглотнул.
— А… сколько заплатите?.., — уточнил я.
— Сто тысяч за этот прыжок. Тебе повышенная ставка за трюк.
*Гык*, — я снова сглотнул.
Сто тысяч… за один прыжок. Плюс не дать лицо и попу⁈ Да минусов-то нет!
— Ну, давайте, — выдыхаю, — Что там?
— Там всё просто!
На меня начали натягивать страховочные тросы, лебёдка зажужжала, и тело чуть приподнялось. Режиссёр говорил инструкции. Это был какой-то наполовину кореец, наполовину русский, то ли Сергей, то ли Ким, то ли всё вместе.