— Хм-м-м, — явно расслабился он, а на лицах его друзей появились довольные улыбки, которые мне не понравились. Но, я мог и ошибаться. — На таких условиях, без проблем. Главное, добычу не испорть, если она ему окажется без надобности. Наши ценники на всё я тебе сейчас скину. Ах да, у тебя же повреждение в голове… ну, значит, напишу, договорились? И карету предоставлю.

Марина весь разговор молчала. А, после обеда, тихонечко подошла ко мне и сказала:

— Андрей, забери меня с собой? Я их боюсь. Вроде и причин нет, на уровне интуиции, но боюсь, страшно мне.

Моя интуиция, в которую я вообще не верил, говорила примерно то же самое. С двойным дном, ребята. А вот мозги, и я не про ИскИна, говорили обратное. Обычные парни, охотники, вполне честные внешне и достойные. Но, игнорировать второй звоночек я не смог, и легко согласился.

— Если нельзя мне к твоему отшельнику, я где-нибудь подожду, — продолжила красавица. — А ещё я готова тебе клятву слуги рода принести. Поскольку я безродная, вассальная не сработает. И даже на личную готова!

Хех, кто бы мне ещё объяснил про все эти клятвы! Но, спрашивать сейчас было бы не очень красиво, как мне кажется, глаза девушки были максимально серьёзные. Но, я решился, хоть и сделал это максимально мягко, на мой взгляд.

— Я не помню, из какого я рода, — почти честно сказал я. — Я готов к клятве, но о них тоже ничего не помню. Завтра по дороге расскажешь подробности, хорошо? И да, если есть страхи, ночуй сегодня у меня. Идёт?

— Конечно, Андрей. — она густо покраснела и потупила глазки. Как будто недавно не пыталась мне же себя продать. — Как скажешь.

Никогда мне не понять этих женщин, вот честно. У них в головах такая каша! Мало того, что они умеют думать сто совершенно разных мыслей одновременно, так у них ещё и эти мысли зависят от лунного цикла. Инопланетяне, ей-бо! Другое дело мужчины. Взял одну и только одну мысль, и её и думаешь. Уф!

— Я не про секс, — тут же уточнил я, отвлекаясь от той самой единственной мысли. — А про безопасность! Если помнишь, переспать с тобой я мог уже много раз. Так что пусть окружающие думают, что им в голову взбредёт, но вечером мы идём спать в одну комнату.

— Как скажешь, — поклонилась девушка и белозубо улыбнулась, тряхнув белой гривой волос. Нет, точно их понять невозможно.

Ночевать мне пришлось на мягком диване, после которого утром болела спина. Вот, вроде и красавица, и не против, но я до сих пор видел в ней бесшабашного ребёнка пятнадцати лет, и потому она спала отдельно на огромной кровати. Хотя было ясно, что это не соответствует действительности. Девушка на глазах хорошела, тело округлялось, появлялась настоящая женственность. Ай, к чёрту эти мысли, доступных женщин валом, а своё нутро я насиловать не собирался. Ребёнок, значит ребёнок. Может, когда-нибудь, что-нибудь и изменится.