Иван спорить не стал. Лассо выметнулось из гнезда, поплыло к метеориту. Макс чуть поменял мощность маневровых, позволяя «Креветке» ещё немного сблизиться с метеоритом, так, чтобы петля лассо наплыла на вытянутой кусок оплавленного металла.

— Давай! — Рявкнул Ермаков, как только петля обхватила метеорит. — Максимум на все тросы!

А сам ещё повернул «Креветку» — так, чтобы маршевый смотрел почти в сторону Земли. И начал плавно повышать мощность. Очень-очень плавно. Им не нужно сильно маневрировать, пока «Креветка» не обхватит лапками добычу.

— Мы не успеем! Уже четыреста пятьдесят километров! Мы уже нарушили инструкции! По инструкции нам нельзя опускаться ниже пятисот! — Показалось, или в голосе Ивана действительно проскользнул страх? Так-то он никогда не пугался.

Это было красиво. По-настоящему прекрасно. Над северным полюсом нынче полярная ночь. Солнце скрыто за земным шаром, и только по краю видна яркая дуга отражённого атмосферой света. Над «Креветкой» — мириады звёзд. Но и внизу нет непроглядной тьмы. Под кораблём всё исчёркано сотнями и сотнями ярких линий от сгорающих метеоров. Сетка такая густая, что кажется, «Креветка», если опустится ещё немного, отпружинит от неё, как от батута. Восхитительное зрелище, которое лишь подчёркивает опасность, которая им грозит. Макс остро пожалел, что не может выйти в пустоту и увидеть всё это своими глазами.

Датчики температуры начали подавать предупреждающие сигналы. Обшивка понемногу нагревается. Пока — ничего опасного, однако насколько хорошо «Креветка» защищена от столкновений, настолько же плохо она переносит сильный нагрев. Виртуальный помощник на пару с реальным очень яростно рекомендует как можно быстрее начать набирать высоту. Макс не слушает. Он уже всё прикинул. Придётся немного потерпеть.

Через несколько секунд они окончательно сблизилась с метеоритом. «Креветка» надёжно обхватила лапами упрямую каменюку. Макс резко дёрнул маневровыми, заставляя их с метеоритом тандем развернуться и сразу добавил ещё четверть мощности на маршевый. А потом — ещё четверть. «Креветка» в этот момент была на высоте триста девяносто. Атмосферы здесь теоретически ещё нет… но по факту она есть, хоть и очень разреженная. Волшебная картинка на обзорных экранах окрасилась едва заметным розоватым цветом — своим стремительным рывком они нагревают эту почти отсутствующую атмосферу. Того и гляди сами скоро станут одним из тех красивых метеоров.

Ермаков вывел маршевый на максимум, и их с Иваном вдавило в кресло. Почти четыре g — ничего страшного, но неприятно, особенно с непривычки. Иван что-то вякнул — то ли протестующе, то ли просто жалобно. Макс, как всегда, не обратил внимания. Плевать, потерпит. Зато всего через минуту они поднимутся выше пятисот километров, и перестанут нагреваться.