— Босс, сперва проверим дефектный? — обратился ко мне двойник у оборудования.
Наконец закончив с печатями, я прошел в центр вычерченного в полу медицинского комплекса и уселся на тоненькую тканевую подушечку.
— Конечно.
Имелись определенные подозрения, что грубо взломав систему опознавания, я немного ослабил имевшиеся преимущества Шарингана начальной стадии и следовало проверить, имеется ли возможность исправить его правильной эксплуатацией несмотря на внесенные изменения. Если что пойдет не по намеченному плану — будет не так жалко, как испортить полностью работоспособный трофей.
Каге буншин понимающе кивнул, продезинфицировал окончание с держателем самого тонкого провода и натянув стерильные резиновые перчатки, подошел ко мне. Скривившись, я отключил ощущения от правого глаза и глазницы, зафиксировав мышцы века в вертикальном положении и другим принялся отслеживать, как двойник засветившимися медицинской чакрой пальцами извлек шаринган без разрыва нервов, присоединил проводок на обратную сторону и затем аккуратно вернул обратно. Его товарищ уже занял место в управляющем контуре комплекса и произвел активацию, готовый внимательно отслеживать происходящее.
— Как только ты будешь готов, Босс, — кивнул отошедший к компьютеру клон.
Вернув чувствительность, я привык к неприятным ощущениям и махнул рукой.
— Начинай с самого малого потока и постепенно увеличивай.
— Понял.
Машина тихо загудела, чакра пошла, а потом я ощутил, как Шаринган самопроизвольно активировался и начал подавать уже свою, также постепенно увеличивая напор и ощущая, как глаз постепенно подошел к пределу возможностей. Спустя несколько секунд пошло покалывание, плавно перешедшее в жжение, и я испытывал весьма своеобразные ощущения, как будто в воздушный шар закачивали воздух, но он остановился на определенном пределе и не собирался расширяться дальше, до предельных возможностей.
— Стой, зародилась начальная мутация тканей и каналы не справляются с нагрузкой без видимых изменений, — воскликнул каге буншин на комплексе, — это не эволюция, а разрушение!
Да я и сам это понял — глаз начал болеть и слепнуть с каждой секундой. Прерывание токов чакры этот процесс остановило, вот только улучшения не случилось и орган ощущался буквально раскаленным. Пришлось самому срочно извлекать додзюцу.
— Эксперимент прошел неудачно, — констатировал, осмотрев глаз на ладони весь в лопнутых сосудах, после чего повернулся к лабораторному клону.
— Как мы и ожидали, процесс запустился с момента подачи особой чакры, но внесенные нами изменения воспрепятствовали плавному образованию второй томое и качественному улучшению тканей, — откатить изменения возможно, но смысл?