Если вспомнить первые недели после победы кланов с почти пустыми улицами, ветхими домами, давно нуждавшимися в обновлении и ремонте, или пострадавшими от сражений ниндзя, то сейчас Туман оказался образцово-показательным городом с иголочки — ни одного обветшалого или полуразрушенного здания. Кость оказалась отличным строительным материалом, не требовавшим какого-либо дополнительного крепления, намного дешевле доставки дерева или камня, достаточно лишь заплатить чунину или генину за несколько дней работы, а также отличным способом надстройки на основах старого материала.
Впрочем, облик куда меньше отражал внутренние изменения в селении — большое количество людей на улицах, неторопливых, спокойных, не бросающих настороженные взгляды по сторонам… часто, иногда даже улыбавшихся без опаски, прямо показывало стремительный рост доверия населения новому руководству и силам правопорядка. Хотя на рыскавших с повязками полиции Кагуя всё равно продолжали коситься и стараться быстрее пройти мимо все без исключения, будь то ниндзя или простой человек. Немедленные и кровавые расправы над преступниками оставили свой след в дополнение к сложившейся ранее репутации, даже торговый успех и плотная интеграция в жизнь Киригакуре не слишком помогала.
Ситуация с финансовой стороны обстояла не столь радужно, несмотря на стремительный рост торговли — гражданская война изрядно сократила клиентскую базу и возвращение к мирному времени изменило ситуацию лишь отчасти, закупка большей части еды всё равно шла со стороны, солидно вгрызаясь в бюджет, но приведенная в порядок налоговая система медленно и неуклонно тянула Киригакуре вверх. Хисато намеревался и дальше проводить реформы, направленные именно на благополучие простых людей, независимо от выбранной профессии, потому что бюджет наполнялся на две трети именно благодаря их работе, одна шестая приходилась на поддержку от Даймё, а еще шестая — от всех кланов, вместе взятых. Слишком уж много привилегий предоставили прошлые Каге и не смог отменить он. Оказавшись во главе скрытого селения, канпеки нингё в какой-то степени понимал точку зрения Сарутоби с Данзо, вот только следовать их путём сокращения элиты не собирался — у каждых бойцов своё предназначение.
Скучавшие у ворот квартала чунины выпрямились, изображая внимание при его приближении, но глава только махнул рукой, отлично понимая, что добиться большего от подчиненных попросту невозможно и сам факт, что кто-то из недавних генинов согласился на подобную скучную работу, уже внушал оптимизм. Не конкретно в отношении этой молодёжи, едва ли способной полностью перебороть вбитые в подкорку привычки и ухватки банды, а насчёт новой детворы клана, дрессировавшейся предельно жёстко и вместе с тем, справедливо. Образно выражаясь, хлебавшие дерьмо на Острове Костей с самого рождения, дети радовались каждому дню, когда им просто давали покушать настоящие деликатесы (всё, отличающееся от сухого пайка) и не избивали до полусмерти. Избавление от наиболее упёртых Кагуя принесло свои плоды и стоило сокращения боевой мощи.