Дела Киригакуре оставляли очень мало времени для занятия собственным кланом, хотя последний так же в этом нуждался, если Хисато желал иметь в ближайшие годы надежный тыл и приходилось выкручиваться с помощью Коцу Буншин но Дзюцу. Пусть это ниндзюцу не обладало всеми свойствами теневых клонов, но являлось куда более надежным в плане длительного использования — при простом существовании копии тратилось небольшое количество чакры, а учитывая использование при создании природной чакры, даже ввязавшимся в бой противникам трудно было ощутить разницу в силе, не говоря о сенсорах. Кагуя этим беззастенчиво пользовался, отправляя на некоторые заседания Совета селения клона, а сам занимался более важными делами, например — усиленным воспроизводством нового поколения клана или личной дрессурой недавно перевезенного с островов молодняка. Полностью отдавать воспитание детёнышей в руки учителей из других кланов он не собирался, приняв помощь только в тех областях, где это действительно требовалось и в течение года вообще планировал отказаться от услуг «доброжелателей» — слишком удобный рычаг влияния и сбора информации.
Аврал первых недель постепенно сходил на нет, работа налаживалась, подчиненные нагружались задачами, снимая эту самую нагрузку с начальства и у канпеки нингё даже стало появляться свободное время, которое тратилось на собственную тренировку и лечение — Хисато ни на минуту не забывал, что полноценный эС-ранг еще не заслужил, несмотря на мнение окружающих, и лишь прямая подпитка от Основы позволила вытянуть финальный бой, изрядно перетрудив кейракукей перекачанными объемами чакры. Собственно, только через месяц он перестал чувствовать фантомные уколы боли по всему телу. Доступа к первоклассным навыкам ирьёнина первой степени не имелось даже у Мизукаге — в Тумане вообще оказалась напряжёнка с медицинской системой — так что здоровьем приходилось заниматься самостоятельно и при этом шифроваться от окружающих.
Кстати, именно из-за столь плачевного состояния главного госпиталя, вообще единственного на большой город, присутствие собрата оказалось ему на руку — Ишигава получил пост главы упомянутого заведения без единого возражения со стороны Совета, несмотря на принадлежность названного к Великому Храму Воды, так как способных занять вакантную несколько лет должность просто не нашлось. Конечно, имевший надежды смыться к коллегам, он оказался этому вовсе не рад, но кому сейчас легко? Зато Кагуя получил уверенность, что ирьёнинов больше не смогут прессовать как раньше с таким-то прикрытием — как отжигал с джинчурики монах видели очень многие из повстанцев.