— Сделаю, Босс! — козырнул двойник.
Как раз в этот момент появилось тянущее чувство и с тихим хлопком, я исчез с пляжа и вновь оказался в подвале. Находившийся рядом двойник развеялся, позволив «вспомнить» время отсутствия — всего лишь Линли спускалась, приносила обед, да заглядывала Цуми-чан за чернилами для тренировки каллиграфии. Пусть она имела всего одну четвертую крови Узумаки, но я вовсе не намеревался исключить из обучение создание печатей, как и с Анко-чан. Да, доча не имела ярко выраженного таланта в данном направлении ниндзя, но и совсем бестолковой назвать было нельзя. Уж всяко лучше ремесленников Конохи, и я намеревался довести её до освоения начального уровня аловолосых мастеров.
Быстро заметав слегка остывший обед, я отнес посуду на кухню и предупредил женщин, что защита будет активирована, так как имеются планы заняться особыми тренировками до вечера и меня не стоит беспокоить без крайней нужды. Естественно, в подвале будет находиться клон, в то время, как я буду на основной базе — наконец накопилось нужное количество особой чакры Учиха для перехода Кокоро о Утсусу Хитоми (Глаз, отражающий сердце) на следующую ступень эволюции и учитывая уже две засады со стороны Широзецу, собственное усиление не стоило откладывать на потом.
Переместившись в первую лабораторию я приветственно махнул копавшемуся с оборудованием лаборанту, почуявшему мое появление.
— Всё подготовлено?
— Почти, Босс — все шестнадцать накопителей установлены, и я как раз завершаю настройку на последовательность выкачки чакры, чтобы образовать достаточной мощности поток, — помахал тот рукой, — как раз хватит времени подготовиться.
Несмотря на предполагаемую необходимость всего десятка, я предпочёл перестраховаться и запастись большим объемом особой чакры, из-за чего срок ожидания увеличился. Вот только, Мангёко Шаринган отличался от имеющего три томое на качественно новом уровне и запороть единственное «живое» додзюцу не хотелось, учитывая, какие имеются сложности с добычей нового.
Пока клон был занят, я создал еще одного клона на место оператора, разделся и принялся за последовательное отключение или перевод в спящий режим всех фуиндзюцу на теле, желая исключить малейшее постороннее влияние во время процесса. Но перед тем, как занять место в центре медицинского комплекса, меня ждала куда более неприятная процедура, без которой полноценное использование шарингана было слишком опасным. Усевшись на стул неподалеку, я отключил все нервные окончания к глазнице. Каге буншин достал особый комплект для гравировки фуиндзюцу из разных полых игл, в которые заправлялись специализированные чернила, провел дезинфекцию, надел перчатки и быстро извлёк шаринган.