Стремительно метнувшись к той единственной гардеробной комнате, в которой в данный момент находилось энергетическое тело человека, я тут же распечатал, заранее подготовленное, смотровое отверстие и заглянул в него… Мне повезло: женщина сняла свою полумаску и сейчас раздевалась догола. Не обращая внимания на её сомнительные прелести, я попытался в подробностях рассмотреть и запомнить её лицо. Это была достаточно привлекательная блондинка сорока пяти лет по земным меркам, и восьмидесяти — по меркам этих земель.
Порывшись в шкафу, она достала простенькие шорты, серую футболку и кожаную полумаску, которая была сделана в виде головы какой-то птицы с загнутым клювом. После чего женщина стала наносить на лицо и руки незамысловатые узоры, а закончив с боевым макияжем, принялась одеваться.
Я, конечно же, немного удивился такому наряду. Так как ожидал, что на данное мероприятие она облачиться в одежду из шкур животных или из растений. То есть в костюм дикарки. Но потом понял, что не надо судить местных дикарей земными мерками. Ибо у них тут была совершенно другая история развития.
Не успела женщина выйти в коридор, как кто-то зашёл в соседнюю гардеробную и я поспешил к другому смотровому отверстию. Здесь я увидел, как толстяк снял свою золотую маску и дорогой костюм. После чего надел потрёпанные шорты, рваную чёрную футболку, с прорехами, и кожаную полумаску, в виде морды свиньи.
Таким образом, мне удалось увидеть лица всех шести высокопоставленных гостей Фаруха: четырёх мужчин и двух женщин. А учитывая то, что они и потом ни перед хозяином фермы, ни перед друг другом не показывали своего лица, то выходит, что мне очень повезло догадаться понаблюдать за ними в раздевалке, где гости меняли свои карнавальные маски на дикарские…
Переодевшись, все шесть гостей вместе с Фарухом, на котором сейчас тоже был подобный наряд, из старых шорт и футболки, расположились в большом зале, где принялись распивать спиртные напитки и весело общаться на различные темы. Причём, кроме этих семерых дикарей и шести жертв, больше в подземной части дома никого не осталось — все подручные Фаруха были наверху.
Из подслушанного разговора я понял, что они обращаются друг к другу не по настоящему имени, а по какому-то прозвищу или старому… А ещё то, что они стараются обходить те темы, которые могли бы выдать их нынешнюю личность и должность. Хотя, наверное, все они и так в курсе того, ху из ху. Потому как, по всей видимости, знают друг друга уже не одно десятилетие.
На этом моменте мне уже можно было уйти, но я решил ещё ненадолго задержаться и убедиться в их жестокой, звериной сущности, чтобы потом у меня не осталось никаких сомнений: тогда, когда я приду по их душу…