Такого удара бандиты не выдержали и спешно отступили, неся тяжёлые потери.

После чего десяток ветеранов и оба десятка личной охраны, переместились к основному сражению, кипевшему перед поместьем и с ходу включились в бой. Этого удара нападавшие уже не выдержали и были вынуждены отступить, под продолжавшимся огнём лучников, стрелы которых поражали бегущих с поля боя, с убийственной точностью.

Через некоторое время потрёпанное войско Уго скучковалось на дороге в сотне шагов от оборонительного рубежа. Бандиты явно не знали, что делать дальше. Уго и его ближайшие соратники небольшой конной группой расположились впереди основного строя и о чём-то переговаривались, кидая злые взгляды в сторону поместья.

Нападавшие потеряли убитыми и ранеными около пятидесяти человек. Потери обороняющихся составили только 15 человек.

Кира и Клейтос, спешившись, стояли около своих лошадей и негромко переговаривались.

— Как думаешь, что они предпримут теперь? — задумчиво поинтересовалась Кира.

— Выбор у них не такой уж и большой, — отозвался Клейтос. — Или развернутся и уедут, либо начнут осаду и пошлют за подкреплением.

— Даже если и уедут, то, так или иначе, вернутся, — вздохнула Кира. — А осада только отсрочка перед дальнейшей эскалацией конфликта. Мне оба эти варианта не по душе.

— Хочешь убить Уго, — понял Клейтос.

— Он псих и не отступится. К тому же он непредсказуем и придётся всё время опасаться, что он ещё выкинет. Это вносит элемент неопределённости. Трудно что-нибудь планировать в таких условиях. К тому же он оскорбил меня. Это дело уже становится личным. Лучше разобраться с ним прямо здесь и сейчас.

— Ну что ж. Раз решила, действуй! — согласился Клейтос, без особого энтузиазма. — Это никак не изменит неотвратимости войны с бароном, но, возможно, выведет его из себя.

Кира шагнула к своему коню и взяла в руки притороченный к седлу большой боевой лук. Великоватый для женщины. Но Кира была истинным магом, и её физические возможности за счёт усиленного пропитанного магией тела, существенно отличались от обычных.

Лук был не только большим, но и достаточно необычным. Вместо дерева, он был словно выточен из кости неизвестной твари. Да и сама тетива была из серебристых волокон, словно пропитанных светом.

А вот стрела, которую она вытянула из колчана, была абсолютно чёрной. Окрашенное в чёрный цвет древко и оперение не несли в себе никакого сакрального смысла, как могло показаться на первый взгляд. Их окраска была чисто утилитарной.

Она не давала постороннему взгляду зацепиться за главное отличие стрелы. Чёрный наконечник. Причём при ближайшем рассмотрении становилось понятно, что выполнен он отнюдь не из металла.