Была мысль, после позвать к себе на службу этих холопов, но их и без меня на землю посадят здесь, если не повесят конечно за татьбу.

— Понял, выполню княже, — тут же кивнул Василий и тут же начал отбирать себе людей.

Пленники же поняв, что убивать их не будут, да и вообще шансы сохранить жизнь высокие побросали оружие.

Повернувшись в седле, к Гороховцам я заговорил:

— От всего сердца благодарю вас соседушки, что уберегли землю мою от разграбления, двери моего дома всегда для вас открыты, а за столом найдеться место. Да и коли нужда придет, помогу, — и, приложив руку к сердцу, я поклонился.

Благодарить серебром, за такую помощь я посчитал, что будет не красиво, а так в самый раз.

Народ же подбоченился и заулыбался, доброе слово и кошке приятно. Взгляды же сосредоточились на Миките и Василии, как самых близких моих соседях.

— Благодарим княже, рады помочь, — тут же ответил Микита и замялся, было видно, что он просто не знает как себя вести.

Ведь мой статус вырос до неимоверных высот.

— Царь вернул мне вотчину рода моего город Старицу и другие уезды, там я нынче поселился, но и о краях, где родился, не забываю. Вот только нынче я здесь проездом, — произнес я.

— И куда же путь держишь Андрей Владимирович, коли не секрет, — с интересом спросил Истома.

— В Царев-Борисов по царскому приказу. Надо коней прикупить и отогнать в Старицу, да конные дворы в своих землях поставить. Только как видите для такого дела людей у меня не много, и коли вы согласитесь помочь, буду благодарен, и отплачу за помощь серебром, — тут же выдал я, и Гороховчане начали переглядываться задумчиво.

— Ну это можно, — спустя пару мгновений произнес Истома. — Только воеводе надобно сообщить да голове, времени займёт дорога не мало.

— Я с ним переговорю, о том не беспокойтесь, ежели еще кто возжелает из полка помочь, я буду только рад, — улыбнулся я.

Распрощавшись, я отправился домой.

Василий и Микита ко мне не присоединились, вероятно захотели обсудить новость и перемены которые произошли со-мной.

— Дом, милый дом, — не громко проговорил я, завидев свое подворье.

Ворота были закрыты и, подъехав к ним всей толпой, Прокоп тут же в них заколотил.

— Кто там? — раздался голос Стеньки.

— А ты сам не видишь что ли? Хозяин приехал, — со смехом прокричал я.

Стенька, тут же открыл ворота. Ну, что сказать, подрос и окреп парень за прошедшее время, не напоминает уже доходягу.

— О, как вас много, — выдал он и тут же ушел с дороги.

— Прокоп, Богдан, Елисей, покажите где коней ставить, да разместиться где, — приказал я. — Тарай, топи баню и пусть накрывают на стол, — проорал я, увидев своего холопа, который радостно закивал тут же побежал исполнять приказ.