Однако я понял одно: я действительно стал сильнее.
— Ничего себе, — раздавались голоса из толпы. — Вот это да!
— Кто эта девушка?
— Это и есть целительная магия? С ума сойти!
Кажется, теперь Анастасия была в центре внимания. Когда всё закончилось, она посмотрела на меня. Я же не подавал виду и не менял свою маску эмоций на лице.
— Я же говорил, — с улыбкой произнёс я. — Всё получится.
У счастливой Меншиковой даже слов не было, что сказать мне в ответ. Она лишь молча кивнула. Но мне хватало той радости, которая сменила её испуг, страх и смятение.
Император наконец-то снова открыл свои глаза.
Мы с Анастасией выпрямились и сделали шаг назад, чтобы позволить прислугам императора помочь ему встать.
— С вами всё хорошо? — сразу же подсуетилась его свита.
Пф, конечно, всё хорошо. Ещё бы было плохо. Здоровый, живой ваш император. Радуйтесь.
Однако без внимания Меншикова не осталась.
Когда император понял, кто его спас, он посмотрел на Анастасию и улыбнулся.
— Как твоё имя, дитя? — любезно спросил он своим старческим голосом.
— Меншикова Анастасия Сергеева, — присела она в реверансе. — Ваше величество.
— Я знал, — с улыбкой заявил он. — Знал, что ваш благородный род способен на многое. Благодарю тебя за то, что спасла мою жизнь. Ты можешь просить…
— Простите, — тут же перебила его Меншикова. — Но мне ничего не нужно. У меня уже всё есть.
— Ты уверена? — удивился император.
— Да. Мне главное, чтобы я и моя команда выиграла. Но мы сможем сделать это сами, — она посмотрела сначала на меня, а потом на Литникова и Рахманова.
Взгляд Даниила задержался на Николае. Тот поклонился императору и увёл взгляд в сторону. Странно, но мне показалось, что во взгляде императора не было злости на него, как у Кристины. Скорее некое разочарование и досада.
Просто показалось?
Однако Даниила сразу пришёл в себя и снова посмотрел на Анастасию:
— Что же, с таким прекрасным лекарем, ваша команда точно не пропадёт.
— Благодарю вас, — снова присела в реверансе Меншикова.
Когда разговор был закончен, все разошлись, ну а, император продолжил свой путь к трону.
Дойдя до него, он развернулся к присутствующим.
— Что же, — громкоголосо заявил он. Хм, бодрый старичок, быстро очухался. — Объявляю о начале больших родовых игр. С завтрашнего дня мы приступаем к первому испытанию, ну а пока — набирайтесь сил и терпения. Ну и, конечно, наслаждайтесь праздником!
Все хором поддержали его речь, которая, на самом деле, ничем не отличалась от любой другой. Каждый год был один и тот же, и каждый год на следующий день устраивали первое состязание.