— Чисто статистически такое событие маловероятно.

— Чисто статистически вероятность того, что слабо подготовленная группа осилит пятичасовой путь по незнакомой территории и сможет выбраться из-за Грани, учитывая все вводные, я бы сказал, сугубо отрицательная.

— Справедливо. Но как мне поверить в твою историю?

— Как на духу.

— Смешно, но не очень. Почему в отчёте соврал?

— Потому что не идиот и хочу дожить до старости.

— Как нормальный отчёт этому мешает?

— Я не знаю, как дела ведутся в Бюро. Не знаю, был ли предатель и где он. Получит ли он доступ к отчёту. Узнают ли враги, какой я вклад внёс в дело. Это не та ситуация, где хочется заполучить известность.

— Но мне-то ты рассказываешь.

— А есть выбор? — вскинул я бровь. — Теплится у меня надежда, пусть и откровенно скромная, что мы с вами хотя бы не враги.

— Думаешь?

— Не думаю. Проверяю опытным путем.

— Вернёмся к вопросам, — затянулся Кощей и снова дым в мою сторону пустил, явно специально раздражая. — Как ты убил того, кто смог прикончить Граса?

— Оказался быстрее и ударил кинжалом.

— И всё?

— Нет, во мне вдруг пробудились тайные силы, и мы устроили героическую схватку. Сказал же. Грас держал его. Всё решилось в одну секунду. Продержись наставник чуть дольше… А, чего уж теперь, — поморщился я.

— Верится с большим трудом. Ты что-то замышляешь против Бюро? — сменил тему Кощей.

— Нет. Не замышляю. Я даже до конца не понимаю, кто вы такие и насколько серьёзная организация. Говорили мне одно, а на деле… — покачал я головой.

— Да-да, я уже понял, что ты разочаровался, — отмахнулся Кощей. — Ты сливал информацию кому-то о Бюро?

— Обсуждал вас со своим дедом. Тем, который палач.

— Когда это было?

— После собеседования с вами. До начала практики, — уточнил я, понимая, какой следующий вопрос будет.

Самое сложное — это прямое вранье. Формулировка «после собеседования» слишком расплывчата и может означать, что, например, я встретился с дедом спустя месяц после собеседования.

— Твой дед что-то замышляет против Бюро?

— Мне это неизвестно. Если хотите моё мнение — этот старикан уже давно ничего не замышляет. Сразу скажу, что никто из моих родных также ничего не замышляет против вас. По крайней мере, мне об этом неизвестно. Также я не знаю, есть ли кто-то в моём окружениие кто-то, кто замышляет против вас.

— Допустим, — окинул он меня взглядом. — Как ты узнал о первом выстреле снайпера?

— Эм… По звуку? По отлетевшему Грасу?

— Ты первый, кто рванул в укрытие. Как так?

— Серьёзно? — посмотрел я на мужчину осуждающе. — Это называется хорошие рефлексы. Я, если что, из зоны боевого конфликта приехал.