— О чём и речь, — кивнул я. — Попрошу вас также не рассказывать и жене.

— Анна чем тебе не угодила? — удивился он.

Я внимательно присмотрелся, пытаясь понять, что стоит за этой реакцией. Есть ли любовь в их браке или там больше расчёта? Кто знает. Я вот не знал, поэтому и вглядывался, пытаясь понять, почему дядя удивился.

— Серьёзно? — изогнул я бровь. — Анна Федоровна спросила вас, перед тем как подбивать деда, чтобы тот стребовал с меня клятву? Мне ту историю расценивать как произошедшую с вашего одобрения?

— Что? — отшатнулся дядя. — Нет. Я об этом не знал.

— Антон Юрьевич, — сказал я холодно, твердо смотря ему в глаза, буквально подавляя и гипнотизируя. — Скажу, как есть. Это для вас Анна — супруга. Для меня же Анна Федоровна — женщина, которая пыталась сделать из меня раба. Если она в столь серьёзном деле не спросила вашего разрешения, то без обид, дядя, но это не делает вам чести и вызывает закономерный вопрос. Анна Федоровна в первую очередь Валовая или Заверьева? Она действует в интересах Валовых или хотя бы ваших лично? Или, быть может, в своих? Ваши отношения — это личное дело. В это я лезть не собираюсь. Но, согласитесь, у меня есть право, мягко говоря, сомневаться в доброжелательности и лояльности тётушки. Не буду утверждать, что она использует информацию против нас, но, опять же, сболтнёт кому-нибудь, и кто знает, к чему это приведёт.

Дяде такая формулировка сильно не понравилась. В некотором смысле я покусился на святое — отдавил ему яйца. А как это ещё назвать, если дошло до прямых обвинений, что дядю не слушается собственная жена? Я молод, ещё не знал женской ласки и не состоял в отношениях, но тут не настолько сложный вопрос, чтобы понять — подобное никакому мужчине не понравится.

Особенно если у этого мужчины есть Власть, пусть и слабая. Не контролировать свою жену — это… Даже не знаю. Хуже, чем наступить на яйца.

Только вот и крыть дяде нечем. Анна Федоровна знатно его подставила.

— Я тебя… понял, — ответил он медленно. — Как понимаю, Игорю тоже лучше не говорить?

— Лучше вообще никому не говорить. Деда точно инфаркт хватит. Игорь — мало ли что он там скажет в этом своём институте. Кристина — сестрёнку я люблю, но молодая девушка? Сами всё понимаете.

— Будет тогда сложно объяснить, зачем Савелию наставник.

— Дядя, мне что, вас учить? — глянул я на него скептически. — Скажете семье, что я потребовал справедливости хотя бы в отношении Савелия. Наверняка жена постарается вас отговорить. Когда я вернусь, раскроем тайну, и будете выглядеть как прозорливый лидер. Который не повёлся на уговоры слишком своевольной жены и поступил мудро, наладив отношения с двумя одарёнными. Бонусы, которые получит род, перекроют то, что в эти месяцы семье придётся ужаться.