— Отбой нас не интересует, — ответил здоровяк. — Когда ты в последний раз встречался с Ильдаром?

— Когда прояснял, что за ерунда происходит. Он попытался меня нагнуть, предложив помощь, я отказался, и мы сошлись на том, что Отбоя убивать не стоит.

Я ведь действительно в последнюю нашу встречу прояснял, что происходит. Как и в предыдущую. Микс правды и лжи, и пусть Фолка гадает, вру я или нет.

Повисла тишина. Горло мне никто не вскрыл. Кровь тоже не пустили.

— Хм… — недовольно прогудел здоровяк. — Ты что-то имеешь против клана Гюнгенс?

— А вы типа и есть клан? Тогда имею и ещё как. Методы переговоров у вас так себе.

— Не врет, — хмыкнула Фолка. — Предлагаю отрезать ему язык. Слишком длинный.

— Эй, милая, а как же свидание? Без языка моя полезность в этом деле снизится вдвое.

— А может, мне нравятся загадочно молчащие мужчины?

— О том, что у тебя специфические увлечения, я уже догадался.

— На кого ты работаешь? — спросил здоровяк.

— Безработный я. Сказал же, меньше двух недель назад в город вернулся.

— Ты убивал Ильдара? — последовал вопрос от главного.

— Так вот в чём дело, — изобразил я догадку. — Зачем мне это делать?

— Отвечай на вопрос, — надавила Фолка кинжалом и мне пришлось совсем уж немыслимо изогнуться, чтобы горло сохранить.

— Я не убивал Ильдара. Так лучше?

Честное слово. Его убивала моя Власть и потеря Дара. А ещё его убило желание прикончить меня. Сам я здесь ни при чём.

— Он не врет, — неуверенно ответила Фолка.

— А мне кажется, что он слишком наглый. Предлагаю в подвал его, — предложил здоровяк.

— Фолка, отпусти юношу, — сказал главный.

Девушка слезла, отпустив меня. Я с трудом поднялся. Куда-то она мне своими пальцами понатыкала, отчего тело ватное. Рука и вовсе не слушается.

— Остались ли у вас ещё вопросы, уважаемые? — спросил я, постаравшись приглушить раздражение, но оставив несколько капель.

— Ты что-то знаешь про смерть Ильдара? — спросил главный.

— Только то, что он, оказывается, успел помереть. О чём готов забыть прямо сейчас.

— Умное дополнение, — усмехнулся здоровяк. — Наглый и умный. Очевидно, что брешешь.

— На тебя посмотреть, тоже многое очевидно. Хочешь расскажу? — ответил я раздражённо.

В этом спектакле нельзя дерзить главному. Он судья, тот, кто выносит приговор. Фолка и здоровяк — провокаторы. Им отвечать уже можно. С последующими неприятности как минимум со здоровяком, но такова ситуация. Мне бы в принципе живым отсюда уйти. Если врага наживу — то и плевать. Не самая большая плата. Главное, совсем уж его не разозлить.

— Не стоит, — ответил за здоровяка главный. — Фолка, проводи нашего гостя на выход.