— Тоже верно, — согласился Лоуренс. — С меня пылевая завеса. Может, и проскочим.

— Элай, раз придумал, давай ломай камни и организуй народ, — скомандовал Грас.

Инициатива нагибает инициатора, как известно, но и в дело отметочка пойдёт. На ситуацию я смотрел утилитарно. Убьют — дальше уже не мои проблемы. Выживу — так лучше проявить себя в ходе нештатной ситуации.

— Ловко ты, — сказал Роман. — Я про камни не подумал.

Я прихватил парня, дошёл до Ивана с Сергеевной, обрисовал им задачу. Грас тем временем выстроил оцепление. Народ окопался, насколько возможно. Выделили и нам пару человек, которые помогали искать подходящие куски. Сломать камень сложно. Если потратим слишком много сил, то как бы без прикрытия не остаться.

Следующие пятнадцать минут стояли треск и мат. Трещал камень. Материлась тройка одарённых. Я не матерился, но лишь по причине приглушённых эмоций. Поднять камень — элементарно. Отломать кусок правильной формы в ограниченное время… Повод ругаться у нас был. Я опасался, что нас атакуют в этот момент, но врагу почему-то было выгодно ждать.

Народ был организован. Все собрались в плотную толпу. Наша четвёрка подняла камни, и мы вышли из лабиринта. Плохая новость заключалась в том, что от расположения стрелка мы пойдём под небольшим углом. Нужно преодолеть около километра. Вроде немного, но я чувствовал, как быстро уходят силы. Как бы раньше времени не закончились.

Грянул выстрел. Что-то врезалось в камень и взорвалось.

— Держать строй, — гаркнул Грас. — Шагом, шагом! Если кто споткнётся, до конца дней строем у меня ходить будет!

Я бы обязательно посмеялся, если бы не удерживал на Власти несколько центнеров. Приходилось постоянно перекидывать точки фокусировки, чтобы пересоздавать опору и скидывать отдачу. Но и так ощущалось, будто килограмм пятьдесят на себе тащу. Ноги вязли в земле от веса. Со стороны мы наверняка представляли собой дикой зрелище. Ежа с каменной стеной, что летела следом. Стрелок попытал удачу ещё пару раз, но ничего не достиг, оставив нас в покое. Шаг за шагом мы приближались к Грани.

Мой эмоциональный щит дал трещину. Тело тоже, казалось, трещит. Раз десять мысленно поблагодарил Граса, который заставлял нас нарабатывать крепость тела. Сомневаюсь, что пару месяцев назад бы выдержал.

Мышцы затекли моментально. Пот лился градом. Рядом шли трое таких же, и вряд ли им было легче, чем мне.

Наконец эта пытка кончилась. Впереди показался выход.

— Лоренс, ты первый! — скомандовал тяжело дышащий Грас, который последние метры держал не меньше половины груза.