Сегодня был выходной, она дома делами занималась, когда пришли. Переговорил с ней, дал сто тысяч на побаловать себя. Обсудил идею сходить проверить здоровье. Ох, сколько сопротивления эта идея вызвала. Давить сразу не стал, пусть свыкнется, а через пару дней займёмся вопросом.

Вечером же направился к Анне в гости. С момента возвращения с девушкой я ни разу не виделся. Сама она навещать не приходила. В Бюро не пересекались.

Попахивало проблемой, которую лучше не пускать на самотёк. Ну, дальше не пускать. Так-то я и сам её который день игнорю.

Дверь мне открыла её мать. Узнала, и не сказать, что обрадовалась приходу.

— Вечер добрый. Анна дома?

— Дома, — ответила женщина, посмотрев на пакеты, с которыми я пришёл. — Заходи.

— А я с подарками. Это вам. Булочки сахарные, с корицей.

— Спасибо, — забрала женщина первый пакет.

— Сергей? — донеслось из коридора. — Мам, чего на пороге его держишь?

— Да пустила, пустила, — недовольно сказала женщина. — Твой парень булочки принёс.

— Он не мой парень, — сложила Анна руки на груди, подперев эту самую грудь.

Её мать в сторону отошла, дала дочку рассмотреть. Выглядела та непривычно. В майке и растянутых штанах. Волосы были в пучок собраны. Выглядело мило на самом деле.

— Тебе тоже подарок есть, — сказал я, протянув пакет.

— Что там?

— Свежая вырезка.

— Мясо, что ли? — удивилась Анна.

— Ага. Слышал, ты как безумная тренируешься. Нужно мясо есть, чтобы мышцы росли.

Анна захлопала глаза, не веря, что я действительно подарил ей вырезку, а её мать засмеялась, уйдя куда-то в глубь квартиры, откуда смех и донёсся.

— Издеваешься? — прошипела девушка.

— Самую малость. У меня сложилось впечатление, что ты меня избегаешь, — прямо сказал я. — Остальные-то навестили после героического возвращения.

— Да неужели, — фыркнула она. — Ботинки снимай. Пошли в комнату. Мам! — крикнула девушка, забрав у меня мясо. — Давай меняться!

— Ну уж нет! — донеслось до нас.

— Давай-давай! Я тоже булочки хочу!

— Тебе мясо нужно, а не углеводы!

— Ма-ам! — рыкнула Анна, убежав драться за булочки.

Ну, хотя бы не прогнали.

Вернулась девушка с тарелкой, на которой лежало сразу три булки, а также с двумя кружками чая. Кружки она Властью удерживала.

— Чего встал? — жуя, спросила она. — В комнату заходи.

— Я же не знаю, где комната.

Анна вздохнула, и сама направилась, куда надо. То есть к себе в комнату. Однако… Если бы не мой недавний заход по борделям, ломающий вероятности и поджигающий оплоты утех, я бы не придал этому значения, но, если подумать и если не считать комнаты сестры, то впервые оказываюсь в спальне девушки.