Герцог вздохнул, покачав головой, хотя улыбка промелькнула. Видимо, вспомнил что-то из той чуши, что мы вчера нагнали.

— Вы осознаёте, что теперь некоторые люди на полном серьёзе считают, что есть такой Осколок? И что у иллионцев пальцы отрастают секунды за четыре.

— Всегда найдутся такие, — не сдержал я улыбки. — Позволите вопрос, те данные для ускорителя. Сможете в них разобраться?

— Мои эксперты говорят, что уйдёт немало времени: там много разрозненных данных, но они уверяют, что соберут всё воедино. В благодарность при возможности, если вы не сделаете это раньше, передадим их Дому Винтер.

— Благодарю. Мне даже интересно, что должно получиться. Ох… — я наблюдал, как к Мии кто-то настойчиво приставал, и в итоге она отвесила ему пощёчину: немного не рассчитав удар и врезав скорее по голове — мужика вырубило.

— Что здесь происходит? — спросил Оден, направившись вперёд.

— Он меня оскорбил, — ответила Мия, — трижды. Вы видели последствия третьего.

— Осия, милый! — какая-то курносая девушка подбежала к нему и упала на колени. Интересное у него имя, однако. Без предрассудков, но услышь я сначала имя, подумал бы, что оно женское. — Врача срочно, его убили. Убили!

— Чушь, он просто в нокауте, — фыркнул я. — Даже видно, как он дышит. Мия, молодцом. Надо было после второго оскорбления, не будь такой сдержанной.

— Дикари! — пискляво взвизгнула девушка. Кстати да, в наушниках для перевода. — За несколько слов бить человека — варвары, нелюди!

— Если ваш хлюпик, отлетающий от одной пощёчины, не умеет следить за языком, то язык следует отрезать, — равнодушно сказал я, подмигнув Мии. Понятно, к чему идёт. — Или вы не знали, что мы живём в обществе, где слова иной раз более значимы, чем личная сила?

— Я подтверждаю слова гостьи из Иллиона, — вмешался один из людей, стоявших рядом. — Его Сиятельство преследовал желающую уйти даму и говорил ей вслед отвратительные вещи.

— Благодарю, — кивнул Оден и посмотрел на девушку. — И Эйгон прав. Покиньте приём…

Оден отрезал жёстким тоном, девушка аж вздрогнула. Явно хотел продолжить, но ему не позволили.

— Оден, прискорбно видеть, как твои гости сразу лезут в драку, — сказал черноволосый мужчина лет сорока. Глаза глубоко посажены, широкоплечий, но выглядит не особо мужественно. Скорее, как кабинетный чинуша.

— Это герцог Ефрем Ганский, — представил его Оден. Ясно, конечно, на приём разослали приглашения, и он откликнулся, как и Юлиан. Довольно молод, как для герцога, думаю, недавно получил место отца.

— Это его человека ударила Мия?

— Да, — кивнул он, смотря на другого герцога, пока поверженного оттаскивали. — Ефрем, этот виконт вёл себя возмутительно, оскорбляя моего гостя, представителя Великого Дома Иллиона.