Дед замялся. Он смотрел на внука долго и тяжело. Внутри его головы ворочались разные пути развития событий, но вот отступления он не мог допустить.

— Всё-таки… — наконец пробормотал он. — В тебе от Болотова — мизер. Нет в тебе нашей крови. Нет в тебе той ядовитости, которую мы пытались воспитать с твоей бабушкой.

Ярослав резко поднял взгляд.

— Зато во мне чести больше, чем в тебе и в бабке вместе взятых.

Он развернулся и вышел.

* * *

Водомир Болотов понял, что просто так он всё это оставить не может.

Он подошёл к сейфу, открыл его и достал оттуда накопитель энергии. Тот самый, что когда-то дала ему Ликомора. Он хотел отомстить. Сделать так же, как когда-то мстила Ликомора обидчикам.

Но тогда у них был Ярослав, который собственной рукой и остановил её. А сейчас? Сейчас Водомир мог создать то же самое. Он прекрасно знал, каким конструктом пользовалась Ликомора в попытке уничтожить того молокососа. Он мог повторить его, и снова запитать на этот великолепный накопитель. И в этот раз, без Ярослава, им никто не поможет. Они просто все сдохнут. И плевать ему на последствия. Его внук всё равно станет императором. К тому же, Водомир уже знал, на кого спишет нападение.

Глава клана взял накопитель и отправился к своему капищу. Там он вызвал гадов — тех самых, что сползлись почтить память Ликоморы. Они собрались вокруг — готовые услужить ему в любом ритуале.

И Водомир начал творить.

В качестве силового накопителя для исполнения задуманного он использовал не собственное капище, а тот самый артефакт, выданный ему Ликоморой. В конце концов, сестра должна быть отмщена. Ему всё равно, что там рассказывали про скорпиид и прочую чушь. Без фон Адена дело не обошлось, это ясно. С другой стороны, сестра сама обещала решить проблему с фон Аденом. Но, как говорится, нет человека, нет проблемы. В крайнем случае, всегда можно будет оговориться: это посмертное проклятие от Ликоморы. Взятки гладки, по большому счёту.

Пока он творил, со спины к нему подошёл Ярослав. Подходило время прощания с Ликоморой, и внук пришёл, чтобы проститься. Но совершенно внезапно для себя увидел, что дед творит воложбу. И эта воложба по всем контурам была ужасающе похожа на тот самый конструкт, который когда-то делала Ликомора, отправляя тварей на убийство Рароговых.

Ярослав мгновенно понял, чем всё это может закончиться. Если не остановить обозлившегося деда, от клана ничего не останется.

Он остановился за спиной деда и тихо сказал:

— Дед, остановись. Не делай этого.

Водомир даже не обернулся, полностью уйдя в себя. Но всё-таки слышал, что ему сказали.