Тайрон любил сам рассказывать о победах.

Чуть позже приехал Джозеф. Он опоздал к началу ужина, быстро поздоровался с матерью и занял место напротив отца.

— Что произошло? — спросил он, заметив довольную улыбку Тайрона. — Ты выглядишь так, словно скупил половину страны.

— Не половину, — отозвался Тайрон. — Пока только её магазины техники.

Джозеф заинтересованно отложил вилку.

Тайрон рассказал сыну о заключённых сделках. О полутора тысячах точек реализации, будущих поставках и обязательном отказе сетей от Вифона.

— Замечательно! — выпалил Джозеф. — Жёстко и бескомпромиссно. Так и нужно действовать.

Они обменялись улыбками.

Элеонора, до этого молча слушавшая разговор, неодобрительно покачала головой.

— Дорогой, не стоило так поступать, — тихо произнесла она. — Это сильно ударит по Виктору.

Тайрон неторопливо промокнул губы салфеткой.

— Именно поэтому я так и поступил.

Элеонора нахмурилась.

— Он твой сын.

— А ещё он мой конкурент.

— Это бизнес, — вставил Джозеф под одобрительный кивок отца. — Ты либо выигрываешь, либо не вступаешь в игру.

— Виктор не объявлял вам войну.

— В бизнесе войну не объявляют, мама, — снисходительно заметил Джозеф. — Просто однажды обнаруживаешь, что проиграл.

Элеонора перевела взгляд с сына на мужа.

В их лицах было слишком много общего. Одинаковая уверенность, одинаковое спокойствие и одинаковое удовольствие от нанесённого удара.

Она тяжело вздохнула, поджала губы и отодвинула тарелку.

— Приятного аппетита.

Элеонора поднялась из-за стола и вышла из столовой.

Прислуга бесшумно унесла её почти нетронутый ужин.

Мужчины остались вдвоём.

Тайрон налил сыну ещё немного вина, после чего они продолжили обсуждать детали запуска, рекламную кампанию и реакцию рынка.

* * *

— Что-то случилось?

Следом за Габриэлем снова позвонила Мария.

Телефон завибрировал на столе, сдвинув лежащий рядом карандаш. Я посмотрел на экран и уже по времени звонка понял, что хороших новостей не будет. Мария редко звонила дважды за короткий промежуток без веской причины.

— Аппаратос сообщают, что больше не смогут реализовывать нашу продукцию, — с отчаянием произнесла она. — Конец месяца станет концом продаж.

Её голос звучал напряжённо. Обычно собранная и хладнокровная, сейчас Мария едва сдерживала раздражение.

— Уверена, за всем этим стоит Тайрон, — с негодованием добавила она.

— Тут и к гадалке не надо ходить, — согласился я.

За окном продолжала жить территория завода. Рабочие разгружали строительные материалы, где-то вдали грохотал металл, по бетонным дорожкам тянулись кабели. Всё двигалось, строилось, росло, но один звонок напомнил, насколько хрупкой оставалась вся эта конструкция.