Не знаю, каким мастером был ваш батюшка, но ваши изделия изумительны, — заявила дама, внимательно разглядывая полки с украшениями. — О! Какая прелесть! А вы говорили, что у вас нет бриллиантов? — она указала на небольшую табакерку, искрящуюся от перелива мелких камней. — Простите, мадам, но это не бриллианты, — улыбнувшись, возразил хозяин. — Это гранёная сталь, обработанная особым способом, после которого она сияет даже ярче бриллиантов, — он извлёк вещицу из шкафа и передал её посетительнице. — Просто восхитительно! Я покупаю эту табакерку! И ещё вот ту брошь в виде бабочки. — Мадам, но это всего лишь горный хрусталь. Позвольте я покажу вам что-то более интересное. Я только закончил работу над новой вещью и не успел её ещё вставить на продажу. Дарёна! Принеси букетик! — крикнул он в сторону двери. Спустя несколько мгновений в комнату вбежала девочка: — Держите, тятенька, — она передала искрящийся букетик цветов, а увидев посетительниц, смущённо улыбнулась. — Ваша дочь? — спросила Ирина Михайловна, мельком взглянув на девочку. — Какая милая. И маленькая. — Вообще-то ей уже двенадцать. Это после болезни она плохо растёт, — пояснил хозяин. — Болезни? — дама насторожилась. — Да, помните чуму, что свирепствовала десять лет назад? — Ох, как же не помнить. Ещё бунт какой страшный тогда случился, — проговорила Ирина Михайловна, и обе женщины перекрестились. — Свят, свят, — прошептала Мари. На мгновение повисло тягостное молчание, но ювелир встрепенулся и поспешил передать даме вещицу. — Не будем о печальном. Лучше взгляните на эту брошь. Видите, красные лепестки у цветов — это рубины, а вот эта роза выточена из родонита [1] .* Редкостной прозрачности камень! А вот листочки — то изумруды, а на них маленькие капельки и есть бриллиантики. — Боже над цветами даже пчёлка летает! — воскликнула Мари, разглядывая брошь из-за плеча Ирины Михайловны. — Пчёлка прикреплена на золотую спираль, — поспешил объяснить ювелир. — Оттого так и подрагивает. Крылышки у неё тоже с брильянтами. — Боже! Боже! Это восхитительно! Беру! — воскликнула Ирина Михайловна и, улыбнувшись, указала пальчиком на вещицы. — И букетик, и табакерку, и бабочку из хрусталя тоже! К великой радости ювелира дамы, не торгуясь, расплатились за покупки и, весело переговариваясь, покинули лавку. Проводив благородных покупательниц до кареты, хозяин вернулся в салон и, сияя, проговорил: — Какая удача, Дарёнушка! Надеюсь, теперь-то наше дело пойдёт в гору. Надеюсь, следом за этой дамой к нам потянутся состоятельные