О, Нью-Йорк, Нью-Йорк! Воспетый масс-культурой и считающийся меккой эмигрантов! Ты настоящая клоака человечества. Большой не «плавильный котел», а чан с дерьмом со всего света. Но в нем есть один большой плюс — там можно очень легко затеряться. В самом Нью-Йорке почти девять миллионов человек, а в агломерации — еще двадцать один. И это только легально. Нелегально — ну раза на два умножите, и получите искомое. Так что если где и прятаться — то только здесь. И похоже, мне придется заказывать еще одни документы через Труди — Монкур отпадает, Тьюринг — возможно, но все равно палевно, а Гарднера, с таким трудом созданного и оплаченного — жалко, эта персона может внезапно пригодиться, в том числе и для эксфильтрации, поэтому палить ее не стоит. Придется побыть пока Тьюрингом, до встречи с графом Вельяминовым, у которого можно раздобыть что-нибудь более простое. Так что надо прикинуть хрен к носу, и навестить офис корпорации будущего родственника. Но вот очередной звонок для меня был неожиданностью.

— Мистер Тьюринг? — на другой стороне трубки раздался смешок Смита.

— Да, слушаю, — немного раздраженно ответил я.

— Вас ищет полиция, вы в курсе?

— Твою мать, — с чувством сказал я. — Кто?

— Вот в том-то и дело. Официальных запросов не поступало, это личная инициатива. Сержант Ортега, убойный отдел ЛАПД. Знаете такого?

— В первый раз слышу, — честно ответил я. Только мусоров мне на хвосте не хватало. А если учесть, что сержант американской полиции примерно равен по званию нашему капитану, это уже хреново. У него есть и силы, и средства, которые он может использовать по своему разумению.

— Мы давно его пасем, он грязный коп. Ну и естественно, вся его корреспонденция и звонки под контролем. Он выяснил, что мистер Тьюринг сейчас в Нью-Йорке. Как там, кстати, Сентрал Парк в это время года? — хихикнул Смит.

— На месте. Его я не разрушал.

— Ну и хорошо. Если что, буду держать вас в курсе.

Спасибо за предупреждение. Похоже, Смит рассчитывает на долговременное сотрудничество, раз предупреждает о таких вещах. Ну значит и мне предстоит позаботиться о своем будущем. Причем, прямо сейчас. Я взял телефон, и набрал номер Вельяминова.

… Я смотрел вверх, туда, где стекло и металл словно бы задевали низкие свинцовые облака. Ну точно, не зря их называют небоскребами, калька с английского «скайскрепера». Здание «Воронтсофф Америка, инк» было одним из самых величественных на Мэдисон-авеню. Во сколько обошелся величественный фаллический символ башни, и во сколько — аренда земли под ним, я даже не задумывался, это не мои проблемы.