Но домой не хотелось. Если так суждено, точнее не суждено, то… То можно просто остаться тут, на одну ночь. Стоять под тем же душем, что стоял и он. Вдыхать аромат его шампуня и геля. А потом… потом уснуть в его постели.

Она юркнула в его футболку, аккуратно повесила свои вещи на подлокотник кресла, а потом обернулась к двери, прикусив губу. Может, ему нужны доказательства того, что она больше не маленькая девочка? Что выросла и хочет провести с ним эту ночь не меньше, чем и он сам? Ну, тогда он их получит.

И Варя решительно шагнула к двери.

Березин привёл кухню в порядок, но медлил. Опирался ладонями о край стола. Опустил голову, надеясь, что кровь устремится именно в его мозг, а не в противоположном направлении. Затем поднял глаза к потолку, где на матовой поверхности его воображение снова нарисовало ему образ Вари. Как она оттолкнула его, потупила взгляд и отступала в ванную.

— А ведь ты обидел её, придурок. Не хотел. Говорил себе, что не сможешь, только не её. А обидел.

Горькая усмешка исказила черты его лица. Он спустился вниз и, плеснул себе в стакан щедрую порцию коньяка, надеясь, что так сможет успокоить свою совесть. Только этой сволочи коньяка было мало. Она продолжала нудно подначивать его.

— Тебе сорок лет, Березин. Сорок лет, будет через год, — он залпом осушил стакан. — А ты дрейфишь, словно пацан перед первым свиданием. Что, не можешь решиться? Ты же хочешь её. И то, как она… Говоришь, что отдашь эту девочку парню, который будет её достоин? Да чёрта с два! Ты же с ума сойдёшь от ревности. И от того, что, вдруг этот кто-то будет с ней недостаточно нежен и ласков? Да она же назло тебе пойдёт завтра в какой-нибудь клуб и что? Подцепит там пьяного урода который… — Стакан громко стукнулся, возвращаясь на барную стойку. — Да пошло оно всё! Пусть сама мне скажет.

Ему хватило нескольких секунд, чтобы преодолеть два этажа лестничных пролётов. Но у двери в спальню он замер. Занёс руку, чтобы постучать, но передумал. Распахнул эту чёртову дверь, едва не сбив Варю с ног, и застыл. Серые глаза с тревогой смотрели на него.

— Ты? Захотела пить?

Он выпалил первое, что пришло в голову. Но одновременно с первым словом услышал робкое:

— Вы что-то забыли?

— Тебя, — Березин сделал шаг вперёд, закрывая за собой дверь и отрезая их ото всего мира. — Скажи, что шла ко мне.

Варя открыла рот, но так и не вымолвила ни звука. Только кивнула головой, не отводя своего взгляда от крепкого кофе его глаз. Но ему этого было достаточно. Его ладони взяли в свой плен красивое личико:

— Милая моя, маленькая. Я буду нежен с тобой. Я буду…