Так я и ковылял, не зная, благословлять судьбу или костерить её. Хотя костерить надо было лес, который совсем не облегчал мне путь. Местами он был настолько густым, что пройти без приключений просто не представлялось возможным: приходилось или обходить, или прорываться, кряхтя от боли. Несколько раз приходилось спускаться к реке и идти по воде, а ещё несколько раз, наоборот, отдаляться от реки и потом её искать.

И примерно так прошёл весь мой день. К вечеру я выяснил две вещи: во-первых, едва становиться хотя бы чуть-чуть темнее, и я вообще перестаю видеть. Типа куриной слепоты. Во-вторых, слух: я слышал отдельные звуки, но почти вся палитра звукового сопровождения леса отсутствовала. Ни шума крон, ни шуршания листьев, ни хруста ветвей, звон стекла в сумке, и тот слышан был изредка.

Короче, нужно было место для ночёвки.

Как там говорят, если ночуешь в лесу, то лучше заберись на дерево? Проблема в том, что я не мог взобраться на дерево, не рискуя убиться. Пришлось спуститься к реке и спрятаться на берегу под нависшими над водой ветвями кустов. Шастал ли в ту ночь кто-то рядом или всё прошло спокойно, я не знал — ничего не видел и не слышал, но с приходом утра, когда можно было хоть что-то разглядеть, я был жив и отправился в путь.

Вообще, вот такие путешествия через лес хрен знает где самая успокаивающая и в то же время скучная часть.

Ну то есть, ты идёшь, наслаждаешься спокойной природой, но вот спросят тебя, что происходило всё то время, а тебе и рассказать нечего. В моём случае было ещё хуже: я буквально не слышал и не видел ничего вокруг, отчего моё приключение стало совсем грустным. Просто шёл, бросая взгляд на реку на случай, если увижу там что-нибудь интересное.

И я увидел! К обеду нашёл на берегу дверь!

Самая настоящая дверь, я серьёзно. Мощная, скреплённая железом и с ручкой, которую хрен сломаешь. Можно было бы попробовать её использовать, как лодку, только на ней я мог плыть разве что нахер.

Там же в реке я находил мёртвых животных и рыбу, которые, видимо, несло с тех мест. Глядя на них, я каждый раз вспоминал, что не ел весь прошлый день. С водой проблем не было — ближайший ручей (из реки я не рисковал пить) и всё прекрасно, но вот еда…

* * *

К обеду следующего дня я набрёл на первые признаки цивилизации.

Если честно, я вообще ничего не ожидал, идя через лес. Всё болело, мир буквально тух перед глазами, кашель с кровью не прекращался, и я чувствовал, что силы меня постепенно покидают. Не удивлюсь, если внутри меня все органы отбиты и кровоточат.

И потому было ещё неожиданнее выйти на небольшой песчаный пляж в месте, где река делала поворот, заметно расширяясь.