— Это что, артефакты божественного класса⁈ Я не могу их принять!

— Можешь не принимать, но тебе их обязательно нужно носить с собой.

— Я это и имела в виду.

— Алина, Ты ведь прекрасно понимаешь, что находишься в огромной опасности. Причём теперь не только из-за твоего отца, но ещё и из-за меня. Я не хочу оказаться виновным в твоей смерти или твоём похищении. Хорошо, если ты так не хочешь принимать от меня эти артефакты, я предлагаю официально поссориться и больше не иметь ничего общего. Работу, которую ты для меня уже сделала, я оплачу. И после этого мы просто перестанем общаться. У тебя своя жизнь, у меня своя. Так я смогу тебя обезопасить.

— Я поняла. Извини, я принимаю твои подарки.

— Вот и хорошо. Под открытым небом маркер не нуждается в подзарядке, если ты долго находишься в здании или под землёй на лице, расход энергии возрастает соразмерно экранированию от поверхности земли. Найти я тебя смогу в любом случае если в макере ещё осталась мана. Вот только носится это не как украшение.

— А как тогда?

— Их нужно приложить к коже в том месте, где ты хочешь, чтобы они находились. И артефакты переместятся под кожу. Именно поэтому они тонкие.

— Просто приложить?

— Да сначала снимаешь плёнку, а потом прикладываешь, и артефакт растворится. Но через несколько минут ты его сможешь найти на ощупь. А теперь смотри, как его нужно заряжать, — я рассказал и показал Алине все, что знал сам про эти артефакты, в том числе и то, что артефакты лучше прикладывать к телу а не к конечностям, поскольку их можно лишиться. После чего она попросила меня выйти. Я подождал снаружи комнаты, пока дверь не открылась и она не впустила меня обратно:

— Всё готово, можешь заходить.

Маркер я заметил сразу, она его спрятала чуть ниже правого плечевого сустава. Ну, это и понятно, маркер как раз и настроен так, чтобы я его видел, а вот куда она установила щит?

— А куда ты вживила щит? — поинтересовался я, и Алина густо покраснела, отчего мне в голову полезли всякие неприличные мысли.

— Я им сердце прикрыла, — ответила девушка, а я мысленно сплюнул. Нафантазировал уже себе всякого.

— Следы какие-нибудь остались?

— Нет, абсолютно никаких.

— Вот и хорошо. Как ты себя чувствуешь?

— Отлично.

— Нигде не болит, никакого дискомфорта нет?

— Нет, всё отлично.

— Вот и хорошо. Тогда я пошёл, мне ещё Статсу нужно артефакты отдать.

— Может, останешься на ужин?

Я подумал, что дома у меня явно не будет ничего из домашней кухни. Всё как обычно холостяцкая еда, а она уже довольно приелась.

— Спасибо за приглашение, с удовольствием отужинаю с тобой.