Оперевшись руками на стену, я замер, наслаждаясь тем, как старательно отсасывает Оудетт, тихонько причмокивая и полируя язычком уздечку. Щекоча мошонку пальчиками, девушка неожиданно раскрыла ротик, поцеловала головку и облизнулась, а затем вместо слов спрыгнула с раковины. С тихим шелестом платьице соскользнуло на пол, а кошечка встала к стенке, покачивая хвостиком и демонстрируя чуть ли не насквозь мокрые трусики.
— Ох, похоже, ты уже не в состоянии терпеть, да? — я улыбнулся и выбрался из ванны, затем сдвинул трусики в сторону и прошёлся головкой по жаждущей меня дырочке. Оудетт коротко кивнула на мои слова и, прикусив губу, вжалась в стену — она наверняка была прохладной, так что девушка пыталась хоть так себя охладить. — Хм…
— Костенька, нян, пожалуйста-пожалуйста! — взмолилась кошечка и обвила мой член у основания хвостиком, и тогда я, зажав рот Оудетт рукой, плавно вошёл внутрь её тугой узенькой киски. Закатив глазки, Оу слегка задёргалась и заскребла ноготками по плитке, издав приглушённый, но долгий и полный эмоций стон. Её попка тут же подалась навстречу мне — казалось, нека хочет ввести внутрь себя как можно больше моей плоти. Прижав слегка подрагивающие ушки, девушка высунула язычок и стала лизать мою ладонь, пока я продолжал двигаться.
Плотно облегающая мой разгорячённый член девушка, казалось, просто сходит с ума, хотя и мне приходили отголоски её ощущений, передающиеся в виде сладостных ноток наслаждения, пикантно пронизывающих моё естество. Словно бы каждое движение вдобавок к изначальному удовольствию резонировало приятным «послевкусием», чётко давая мне понять, как именно сделать моей любовнице приятно.
Обняв Оудетт, я схватился за её грудь, крепко, но в то же время бережно сжимая округлости и играясь с её сосочками. Заурчав чуть громче, девушка нашла в себе силы полностью отдаться моим объятьям и стала, чуть откинувшись назад и прижавшись ко мне спинкой, гладить мои руки, доставляющие ей удовольствие.
— Миленький, Костя.., — тихонько мяукнув, девушка расплылась в блаженной улыбке, когда моя рука соскользнула с её груди, погладила её подтянутое тело, опустилась по животику вниз и принялась ласкать клитор. — Нян. Тебе хорошо?! Я сделаю всё, только чтобы тебе было так же хорошо, как мне сейчас, нян…
— Не волнуйся, моя хорошая. Ты потрясающая, — вогнав член поглубже, я задержался и слегка подался вверх, а нека широко раскрыла глазки, заведя руки назад и поглаживая мои волосы. Удерживая Оудетт под грудью одной рукой, я слегка приподнял кошечку, и та уперлась ногами в стену и тихонько рассмеялась, когда я продолжил входить в неё уже в таком, подвешенном в воздухе виде. Но это продолжалось недолго — подгадав момент выхода, кошечка, оттолкнувшись от стены, лихо поменяла позицию, оказавшись лицом к лицу со мной. Держась за мою шею, нека поспешно направила хвостиком член внутрь себя и когда мы вновь слились воедино, стала потихоньку скакать на мне. Я не растерялся и подхватил Оу под попку, помогая двигаться, причём это было вдвойне приятно и по другой причине — кошечка смотрела на меня теперь совсем по-другому, с восхищением и преданностью. Открытый ротик издавал приглушённые звуки удовольствия, и я был немного расстроен тем, что нам приходилось заниматься сексом именно здесь — безумно хотелось услышать истинную громкость криков моей любовницы.