Элсин бросился в дом вперед меня черным вихрем. Я же пошел спокойнее, хотя тоже быстро. Внешний вид дома не изменился: ни баррикад, ни подпалин, ни длинных мокрых потеков на стенах — значит, девчонки, скорее всего, не оборонялись. А без боя их было бы не взять!

Точно, Тея и Олла — и уже добежавший Элсин — нашлись в гостиной. Девчонки сидели и пили чай вприкуску с печеньем, но не одни. Тут же обретался и наш повар, ужасно взбаламученный и расстроенный. Когда я вошел, он как раз вываливал на Элсина полный перечень своих бед и горестей. Сперва я подумал, что его печалит судьба «разобранных» Теей фиолетовых умертвий — они неплохо помогали при нарезке овощей и чистке картошки (между прочим, это действительно как конструктор разобрать — головы потом и приставить можно!). Но потом понял, что у владыки нашей кухни совсем другая беда.

— Магистр Шелки! — воскликнул он. — Вы живы! Слава богам! Я боялся, мятежники вас убьют — и в свой фиолетовый соус окунут!

— Не волнуйтесь, Плюссен, похоже, они еще под Кодексом, — покачал я головой. — А откуда вы знаете про фиолетовых мятежников?

— Выгляни в окно — и поймешь, — спокойно сказала Тея, невозмутимо попивая чай.

— Да! — подтвердила Олла. — Так злит! Они, похоже, совсем не понимают людей — такие представления на улице, наоборот, всех тревожат и панику наводят!

К чему это она?

Олла, по контрасту, невозмутимой совсем не выглядела: с моей змеей на шее, с длинным ножом или очень коротким мечом на поясе она казалась этакой валькирией, раздосадованной скорее тем, что не может себе позволить выйти на улицу и сразиться с врагом.

Я послушно подошел к окну тому, что выходило на обычную улицу, а не на Солнечные Поля. Тем более, что с улицы раздалась барабанная дробь.

Очень, кстати, профессиональная дробь. И выстукивали ее на паре барабанов фиолетовые умертвия, шагающие в ногу по улице. Все они были одеты в серую форму Департамента общественных работ, передний нес в руке рупор.

Тут я понял, что имела в виду моя законная супруга!

— Уважаемые жители! — монотонно вещало умертвие. — Просим оставаться на местах и сохранять спокойствие! Вашей жизни, здоровью и благосостоянию ничего не угрожает! Происходит ускоренная оптимизация немертвого населения! Всех немертвых просим прибыть в Центр некротического обслуживания для переконсервации! Всех немертвых просим прибыть в Центр некротического обслуживания для переконсервации! Всех живых просим по возможности не покидать места работы и проживания до окончания переходного периода! Уважаемые жители! Просим оставаться на местах и сохранять хладнокровие… — и далее по кругу.